Её горячие прикосновения воспаляли во мне невиданное желание оказаться как можно ближе к заветному телу, испытать жар девичьей кожи и подарить ей сладость порочных касаний.
Но я должен был держаться…
Обхватив тонкую талию, я прижал Нину к себе, распаляя наш поцелуй. Девушка буквально таяла в моих руках, полностью растворяясь в томительной неге.
— Элизар, — шептала она, когда мои поцелуи спустились по шее. — Пожалуйста, давай не будем торопиться…
— Если ты не хочешь, я могу остановиться… — ответил я, оторвавшись от нежной кожи.
Мы пытались перевести дыхание, внимательно смотря друг на друга. Но воздух в помещении был настолько электролизован, что у нас не получилось долго находиться в отдалении.
Прильнув к горячим девичьим губам, я поднял хрупкое женское тело на руки, перемещая его на мягкий диван, стоящий в кабинете Нины.
Я потеряла голову. Окончательно и бесповоротно.
Страстные, собственнические прикосновения Элизара вызывали непреодолимое желание почувствовать обнаженную мужскую плоть рядом со своей.
Я знала, чем может закончиться небезопасная близость, но не могла образумить сумасшедшие чувства. Животное желание брало вверх, окончательно заткнув остатки самообладания.
— Ты сможешь во время остановиться? — прошептала я, оторвавшись от горячих губ Элизара.
— Я очень постараюсь, — хрипло ответил парень, внимательно посмотрев на меня. — Очень жаль, что ты такая притягательная…
Мы не остановились, полностью отдавшись накрывшей нас страсти. Волны удовольствия накрывали одна за одной, открывая новые грани моего необузданного вожделения.
Молодое, жаркое тело Зимина полностью подчинило меня себе, подарив несколько незабываемых часов, по истечении которых я окончательно избавилась от надоедливых переживаний.
Сейчас в этом мире были лишь он, я и наши вспыхнувшие чувства.
Нина лежала рядом, прильнув щекой к моей груди, а я пытался отдышаться, осмыслив произошедшее между нами.
Сейчас, когда я добился того, что так долго желал последние несколько недель, в душе скреблись кошки. Сожаление, досада и злость на самого себя терзали душу, взывая к совести.
Да, мне хотелось, чтобы Нина влюбилась в меня, потеряв голову от молодого и неопытного парня. Но, кажется, я сам не понял, как прикипел к ней, открыв холодное сердце голубым глазам.
Я должен был признаться, рассказав про нелепое желание унизить ничего не знающую девушку, и на коленях молить о прощении. Но я не смог… Трусливо прижимая податливое тело, молился, чтобы Нина никогда не узнала про мой отвратительный промах.
Следующая неделя пролетела слишком быстро.
У меня так и не получилось выбраться в университет, полностью увязнув в насущных делах кафе. Слава Богу, преподаватели шли на встречу и позволяли заниматься дистанционно.
Дана, устав от чрезмерного внимания бабушки, при первой же возможности, сбежала домой. Надо ли говорить, что я безмерно по ней соскучилась? Валяясь с температурой под сорок, моим единственным желанием было не отдать душу раньше, чем вырастет дочь.
С Элизаром все было сложнее… Мы вроде бы начали встречаться, но при этом в моей душе скреблась тысяча кошек. Разница в возрасте, ребенок, различие взглядов — весомые поводы отказаться от безумной идеи любить Зимина. Но я не могла… Неведомым образом молодой искуситель плотно засел в моих мыслях, не желая отпускать подчиненное сердце.
Или я путала любовь с благодарностью?
В последние годы из мужчин в моей жизни были только папа и Слава, который априори не рассматривался, как представитель противоположного пола.
А сейчас… Сейчас мне уделял внимание привлекательный парень, старающийся привнести в серую обыденность ярких красок. Да и чего греха таить, спасение от вора и заботливые ухаживания в период болезни заставили меня посмотреть на Элизара другими глазами.
— О чем задумалась? — спросила Дана, собирая с тарелки остатки рисовой каши.
— О том, что если мы сейчас не поторопимся, опоздаем к первому уроку, — вздохнув, ответила я. — Но я так по тебе скучаю, что даже готова солгать классному руководителю, лишь побыть с моим сладким ребенком подольше.
— Мама, — дочка недовольно нахмурила брови, — перестань меня так называть — я давно выросла. И вообще, ты сама говорила — врать нехорошо. Поэтому сейчас я быстро возьму портфель, и поедем в школу.
— Какая-то ты чересчур правильная, — усмехнулась я, поймав убегающую Дану за локоть. Прижав маленькое тельце к себе, с излишней пылкостью расцеловала нежные щечки. — Да-а-ан, — ласково протянула, — ты даже представить себе не можешь, как я тебя люблю.
— Могу, — она повернулась ко мне, прикоснувшись теплой ладошкой к плечу. — Потому что я люблю тебя сильнее.
Сегодня на работу вышла Таня, поэтому я могла со спокойной душой поехать на занятия. За пропуски мне пришлось выполнить две лабораторные работы и написать три доклада, которые в ближайшие дни необходимо было сдать.
Подходя ко входу, заметила компанию Зимина. Парни громко смеялись, подшучивая друг над другом. Из-за морозного ветра их красные носы выглядели, и правда, забавно.