Все непросто: времена трапез с жирным мясом и сыром подошли к концу и теперь они довольствуются второсортными кусками пополам с морковью и капустой. Слониха постоянно дрожит и шатается в своей клетке. Никому не платили уже две недели. В труппе неспокойно, люди находятся на грани срыва. Тем более удивительно, что они вместе обрели маленький уголок мира и покоя, словно дождь замедлил время во всем мире. Тоби думает о доме с голубой дверью, о глицинии, оплетающей оконные рамы. Когда он видит, как Нелл смотрит на Перл с особенной печалью и нежностью, ему иногда хочется повторить слова Джаспера о ее продаже. Но он сдерживает свой язык, не в силах отнять этот маленький кусочек счастья.
Тоби выпрямляется, моргает от яркого солнца, бьющего в глаза, и отворачивается от Джаспера. Он осознает, что больше не слышит барабанный бой дождя, молотящего по крыше. Странная, почти зловещая тишина. Он смотрит в окно. Дети выглядывают из фургонов и тянут руки, словно не могут поверить в это. Нелл несет Перл на плечах, и девочка заливается смехом, когда она пускается бежать мелкой трусцой. Хаффен Блэк выпустил двух зебр и начинает заниматься с ними на арене. Тоби смотрит, как они бегают кругами. Если погода удержится, то, возможно, сегодня вечером они дадут представление и заработают немного денег. Но Джаспер ворочается во сне, и Тоби отгоняет эту мысль.
Его рукава закатаны, обнажая черного дрозда, вытатуированного ниже локтя. Он вспоминает вечную дразнилку Дэша.
Что, если они выросли не как двое мальчиков, тесно связанных друг с другом? Что, если они выросли как два растения в виварии и Джаспер забрал себе весь свет и питательные вещества, а Тоби зачах в его тени?
Что может случиться, если Джаспер умрет? Тоби наймет каменщика для изготовления роскошного надгробия, организует похороны, разместит некрологи с траурной рамкой в столичных газетах. Но когда отгремят фанфары, имя Джаспера Джупитера может жить дальше, подобно тому, как названия магазинов и фирм передаются из рук в руки, сохраняя имена своих бывших владельцев. Джаспер превратил себя в концепцию, в лоскутное одеяло, сшитое из тысячи разных историй.
Тоби поправляет подушку под головой брата. Дыхание Джаспера прерывается и останавливается. Тоби молча ждет, и оно возобновляется с легким хрипом. Гусиные перья, вылезающие из мягкой подушки, колют ему ладони. Татуированные лозы, оплетающие руки Тоби, как будто направляют его руки вниз против его воли. Он кладет подушку на лицо Джаспера. Мысль вспыхивает как молния:
Тоби осторожно приподнимает затылок Джаспера и подпирает его подушкой.
– Вот, – говорит он. – Так тебе будет легче дышать.
Но мысль промелькнула, и он не может забыть о ней.
Нелл смотрит, как Тоби выходит из фургона Джаспера. Он поднимает руку в знак приветствия, но в нем ощущается какое-то беспокойство и одновременно какая-то новая живость. Солнце светит вовсю, как спичка, зажженная в темной комнате.
– Что-то не так? – спрашивает Тоби. Но это он кусает ногти, это он постоянно оглядывается на фургон Джаспера.
– Только это, – она обводит рукой вокруг себя. Владелец парка развлечений скатывает брезент со скамей, готовясь к вечернему открытию своего бизнеса. – Сколько еще мы можем сидеть и ждать?
Должно быть, Пегги и Виоланте услышали их, поскольку они отставляют корзину с влажным бельем и присоединяются к ним.
– Думаешь, мы сможем?
– Что сможем? – спрашивает Тоби.
– Снова провести представление, – с заминкой отвечает Пегги. – Может быть, уже сегодня вечером.
Нелл смотрит на небо. Ей почти хочется вернуться к бесконечным дождливым дням, когда не было ответов на голод и холод, когда они не могли выступать, когда безделье было наилучшим образом действий.
– У нас нет шоумена, – говорит Виоланте. – Нет распорядителя для представления.
Тоби слегка вздергивает подбородок.
– Стелла могла бы, – говорит Пегги. – Больше некому.
– Она не станет, из-за Джаспера, – говорит Виоланте.
– Сколько нам еще ждать? Без денег для кормежки животных, без денег для
Тоби тихо кашляет, и они глядят на него, потом отворачиваются. Все умолкают, как будто раскаиваясь в оглашении своих мыслей. Она видит, как Виоланте смотрит на фургон Джаспера с задернутой занавеской. Застекленное окно смотрит на них его глазами.
– Уверена, он скоро поправится, – произносит Нелл с благожелательностью, которую она не чувствует на самом деле.
– Ты не понимаешь, – говорит Тоби. Он подцепляет комок грязи носком ботинка, и ей кажется, что он вот-вот заплачет.
Перл нездоровится, и они рано укладывают ее в постель, обложив одеялами. Днем они со Стеллой поймали мышь, и она настояла на том, чтобы клетку поставили на пол. Нелл беспокоят паническое царапанье, быстрый топот лапок из угла в угол.
– Расскажешь мне сказку? – просит девочка.
– О чем?
– Обо мне. Откуда я взялась.
Нелл колеблется.
– Я не могу рассказать такую сказку. Это твоя история.
