Цирк семьи Пайло полностью

– Явились на службу, Джордж, – ответил Гонко, низко поклонившись, и в глазах его мелькнул озорной огонек.

Джордж вспомнил о внешних работах, злобно нахмурился и отправился в фургон за указаниями.

Стоявший у порога Гонко обернулся к своим и приложил палец к губам.

– У Джорджика выдался неважный день, – прошептал он. – Говорить с ним буду я. Всем стоять и помалкивать.

Вернулся Джордж, саданув дверью с прежней яростью, и уткнулся взглядом в сочувственно улыбавшихся ему клоунов. Он гортанно забулькал, выражая свое отвращение.

– Работа простая, – бросил он. – Добраться туда и сжечь дом вот по этому адресу.

Джордж швырнул Гонко конверт, который угодил ему в лоб и отскочил прямо в руки.

– Затем избить человека, которого увидите идущим вот по этой улице в указанное время.

Он швырнул Гонко в лоб второй конверт, но тот поймал его на лету.

– Затем угнать вот эту машину. Разбить ее и вернуться. Три задания. Все просто. – Он небрежно бросил третий конверт, угодивший Гонко в подбородок. – Вам все ясно, уроды безмозглые?

– Да, Джордж, ясно как день, – услужливо ответил Гонко.

Джордж с грохотом захлопнул дверь.

Гонко откашлялся.

– Джордж?

– ЧЕГО ЕЩЕ?

– Нам бы, несомненно, не помешали пропуска.

Дверь открылась и моментально снова закрылась. Из фургона вылетел маленький мешочек, попавший Гонко в грудь. Он пошарил в нем и вытащил стопку пластиковых карточек – с небольшой петелькой каждая. По одной на клоуна.

– Это пропуск, – пояснил Гонко, протягивая карточку Джей-Джею. – Без него не пройдешь. Нацепи его куда-нибудь, а если потеряешь, я с тебя шкуру спущу.

– Не нравится мне идти, Гонко, не нравится!

– Этот пигмей – главное доказательство того, что коротышкам нельзя давать власть.

Гонко ткнул через плечо большим пальцем в сторону фургона Джорджа. Он повел команду клоунов (не хватало только Рафшода, он еще залечивал переломанные ребра) мимо опустевших аттракционов и лотков на Аллее Развлечений. По тропинкам, до которых Джей-Джей еще не успел добраться, они оказались в паутине темных улочек, напоминавших лондонские трущобы. Здесь не было карнавального блеска, тут царили вонь и грязь, под ногами хрустело битое стекло. Из проулков и окон на них таращились карлики со злобными лицами. Джей-Джей на них бросал сердитые взгляды, и они отвечали тем же: он уже заработал дурную известность, приближаться к нему никому не хотелось.

Они добрались до маленького уличного туалета в темном узком проулке. Гонко открыл дверь. В дальней стене виднелась небольшая щель. Он провел по ней своей карточкой-пропуском, и замигал красный огонек.

Остальные клоуны проделали то же самое. Джей-Джей зашел последним, и ему пришлось прижаться к Гоши, изо рта у которого воняло гнилыми фруктами. Гонко дернул за рычаг на потолке, похожий на переключатель скоростей, и поставил его напротив отметки «Город 4». Сверху раздался скрежет, и лифт начал подниматься. Подъем длился долго, и Джей-Джей не знал, сколько он еще сможет выдержать: с каждой секундой изо рта Гоши несло все сильнее, вонь, словно черви, заползала ему в ноздри. Когда они, наконец, остановились, он распахнул дверь и вывалился в ночной воздух, откашливаясь и отплевываясь.

Он заморгал и огляделся. Они стояли в центре строительной площадки, и он с изумлением обнаружил, что узнаёт окружающие улицы. Они были в Брисбене, примерно в километре от места, которое Джейми когда-то называл домом. Вокруг стояли бетономешалки и тяжелая техника, замершие, словно останки механических чудовищ, вокруг наполовину выстроенного жилого дома.

– Приехали, – объявил Гонко, выходя на стройплощадку.

Под башмаками у него захрустел гравий.

– Добрый старый Брисбен, – пробормотал он. – Гнойная клоака, вообразившая себя городом. Дерьма кусок. Да тут убийств с гулькин нос, чтобы городом называться. Первое задание здесь, два других – в Сиднее. В гнойной клоаке побольше.

Джей-Джей двинулся вслед за Гонко, который направился к забору, и с тревогой обнаружил, что Гоши идет сразу за ним, шаркая ногами, но не отставая, чуть не дыша ему в затылок. Джей-Джей взвизгнул от страха и чуть не обмочился. Дупи заметил что-то неладное и быстро подбежал к ним, схватив брата за плечи.

– Нет, Гоши… Это же Джей-Джей, Гоши, это Джей-Джей. Он бросает скалку, Гоши, скалку бросает.

Гоши глядел на Джей-Джея с враждебной холодностью. Рот его открылся и закрылся. Джей-Джей вздрогнул и подумал: «Он или король развивающих игр, или же тупейший придурок на всей земле».

– Он же клоун, Гоши, – увещевал Дупи брата. – А теперь пойдем, дело делать надо.

Гонко стоял у забора, читая указания Джорджа при свете зажигалки. Как только Гоши оказался на безопасном расстоянии, Джей-Джей оглянулся на туалет, неприметно стоящий за бульдозером. Он показал на него рукой и спросил:

– Гонко, это вот так трюкачи попадают в цирк?

Гонко поднял глаза.

– Что? Тебе никто не рассказывал, как мы заполучаем проходимцев в цирк? Нет, не на лифте. Ты что же думаешь, сотня людей одновременно поместится в этой конуре? Уинстон, расскажи-ка лучше ты ему.