– Просто побегал, – сообщил Лотер. – Конечно, пару зверушек задрал по дороге, не всех эти простаки распугали. Там вон за тем холмом их лагерь, женщины и дети тоже там. Горгулья тоже там пару раз пролетела… То ли разведывала, то ли завидовала, что не может вот так же красиво бегать по лесу… Но нас ждет сюрприз.
Теонард насторожился.
– Какой?
– Увидим, – сообщил Лотер, пошел прочь, но остановился, широко зевнул и сказал, не оборачиваясь: – Всю ночь деревья рубили. Но уже не на лестницы.
Виллейн натаскал в центр крыши хвороста, магии хоть и подкопил за это время малость, но все равно упорно стучал огнивом, пока искорки не упали на трут, а оттуда на пучки сухого мха.
Костер разгорелся быстро, амазонки торопливо нарезали мясо мелкими ломтикам, насаживали на прутики и жарили на огне, не дожидаясь углей, передавали сползающимися к огню Хранителям.
Ели все, только банши покачала головой, а на вопросительный взгляд Теонарда ответила равнодушно:
– Из воздуха и солнца беру больше.
– Тебе хорошо, – ответил Теонард с завистью. – В странствиях не нужно думать о запасах.
Банши чуть наклонила голову.
– Ты человек трудной судьбы, понимаешь.
Завтрак только заканчивали, когда Лотер насторожился, его уши шевельнулись. Он тоже вежливо отказался от еды, приготовленной людьми, к тому же, пока бегал, успел подкрепиться.
– А это что там… – поинтересовался ворг.
– Телега, – ответила Каонэль, не отрываясь от сладостно пахнущих ломтиков мяса. – Большая, очень большая. Мои уши такие же чуткие.
– Еще бы, – буркнул Лотер. – И длинные.
Она спросила обидчиво:
– Ты назвал меня ослицей?
Теонард с прутиком и оставшейся на нем парой кусочков мяса поднялся и подошел к ограждению.
По выжженной в боях с огнетроллями земле, почерневшей и в застывших комьях, от лагеря кочевников в сторону башни двигается нечто вроде коробки, исполинской повозки с десятком колес, верх покрыт слоем шкур, а спереди на длину копья торчит комлем вперед ствол дерева.
– Ого… что за…
Подошел и встал рядом Страг, лицо поединщика потемнело.
– Таран, – процедил он люто, – ну, теперь по-настоящему…
– Дверной проход заложен камнями, – напомнил Теонард.
– Будут пробивать, – сообщил Страг ему новость. – Если, конечно, позволим.
Оба умолкли и хмуро смотрели на таран. Ощущение такое, что двигается сам по себе, но в редкие щели в бортах наспех собранной телеги удается увидеть крепких мужчин, что тащат это сооружение к башне.
Подошел Лотер, хмыкнул.
– Это серьезнее.
– Мы готовы, – ответил Теонард. – Ну… почти.
Брестида наклонилась над краем в двух шагах слева, лицо оставалось гордым и надменным.
– У нас хороший запас стрел, – напомнила она. – А еще ночью собрали свои и чужие.
– Без команды не стрелять, – напомнил Теонард. – Пока бесполезно, на этот раз они ощутили, что вы наносите серьезные потери.
Брестида гордо улыбнулась.
– Даже глупых мужчин можно заставить уважать женщин.
Таран подтащили ближе, бревно при движении покачивается взад-вперед, явно подвешенное на ремнях, а серьезная работа начнется, когда подъедут вплотную.
По дороге попались два больших камня, что вовремя не уложили в проем, таран наткнулся на один колесом и остановился. Брестида натянула лук, а внизу выскочил из-за тарана молодой кочевник, нагнулся к камню, но пальцы не успели коснуться камня, как тяжелая стрела с силой ударила в затылок.
Он упал вниз лицом, на верху башни довольно заорали. После паузы выбежало двое, оба пали под стрелами амазонок, но один успел сдвинуть камень, и таран двинулся прямо к дверному проходу в башню.
Страг сказал очень серьезно:
– Вот залог их побед!.. Ради величия племени даже не задумались пожертвовать жизнями. Первый мог быть и дураком, но это двое знали, что их поразят со стены стрелами. И все-таки вышли, и… сделали то, что нужно было сделать.
Виллейн тоже всматривался в таран очень внимательно, лицо исказилось в злой гримасе, из-за чего еще больше стал похож на песчаную жабу, как его называют недоброжелатели.
– Если бы такими были только кочевники, – пробормотал он. – Все людские племена такие.
Страг сдвинул плечами.
– Люди разные, – ответил он замедленно. – И племена разные. И кому идти дальше, а кому потеряться по дороге… решается вот на таких поворотах.
Виллейн взглянул на него с подозрением, но промолчал, только взял в обе ладони по амулету с шеи и, закрыв глаза, начал бормотать что-то непонятное Страгу, но заинтересовался Керкегор и подошел, прислушиваясь.
Страг спросил настороженно:
– Что-то не так?
– Заклятие, – ответил Керкегор тихо, – мы уже потеряли его… а этот мелкинд знает?
Страг коротко усмехнулся.
– Наш Теонард сказал бы на это, что вот потому всем нам и надо держаться вместе.
– Он это всегда говорит. По любому поводу…
Он прервал себя на полуслове, Виллейн распахнул глаза, голубые до пронзительной синевы, что разом потемнели, в них полыхнуло пламя, и Страг не успел слова сказать, как Виллейн наклонился над краем и вытянул вниз руки.
