– Они еще не знают, кто я, но я знаю, кто они. Ха! Вот! Если бы я знал, что это случится сегодня, вот так, без предупреждения! Когда вы прибыли в Спарту?
– Кто мы, по-вашему, такие? – осторожно спросил Энндал.
Лир замешкался, повернулся к двум молодым спартанцам:
– Имэна, Эней, может быть, вам пойти на кухню…
Эней, сидевший близко к Имэне, схватил ее за талию и притянул к себе.
– Я путешествую с ними, и Имэна заслуживает того, чтобы все узнать. Говори, Лир, мы слушаем.
– Ты путешествуешь с ними? Никогда бы не поверил… Это было так быстро и так давно… Я бы никогда не узнал вас, если бы не эти два незнакомца и песочные часы. Вы – часть Сопротивления, путешествуете между эпохами по невидимым лестницам, изучая махинации Цитадели и ставя препятствия на ее пути в надежде, что однажды Сопротивление откроет Великую Тайну, логику, определяющую все ее секреты.
– Кто ты? – спросил Менг Чу после минутного всеобщего изумления.
– Я тоже путешествовал, вы не одни такие… Но после возвращения я не встречал других путешественников. Вы не представляете, как это приятно! На самом деле, если бы не постоянное присутствие Элиты, напоминающей мне о существовании Цитадели, я был бы уверен, что все это мне приснилось. Как поживает старец из пустыни?
– Он все такой же старый, как и раньше, – ответил Леонель, обороняясь.
– Невероятный человек…
Лир кивнул в сторону песочных часов:
– У вас осталось не так много времени. Вы знаете, как добраться до следующей лестницы?
– Ты можешь нам рассказать? – спросил Эней.
– Ведь это ваша первая эпоха, не так ли? Ах, столько воспоминаний… Палочки для еды и компас. Дайте их мне, я покажу вам.
Оанко потянулся к своей сумке, но Энндал остановил его взглядом.
– Вы никуда не пойдете, пока я не покажу вам, как добраться до лестницы, – сказал Лир. – Вам остается только довериться мне.
– И как бы мы справились с поиском, если бы не встретили вас?
– Как бы вы поступили, если бы не наткнулись на свою первую лестницу в пустыне? Мы все там были, – улыбнулся он, глядя на их удивленные лица. – Чем дальше вы продвигаетесь в своих поисках, тем больше вы понимаете, что случайностей не существует.
– Впечатляюще, не так ли? – спросил Леонель.
– А потом меня предупредили, что однажды вы придете. Мне посоветовали присматривать за Имэной. Но я и не подозревал, что именно через ее мужа…
Он позволил своим мыслям оборваться, все еще радуясь тому, что увидел их.
– Откуда вы знаете, что песочным часам можно доверять? – спросила Брисеида.
– Потому что песочники дали его вам. Это не обычный песок.
– Пара из пустыни? И все, что они рассказали нам о Мире Снов…
– …правда.
Для Брисеиды это было ошеломительным ударом.
– Правда, что наши души путешествуют? – спросил Эней.
– Что ты имеешь в виду? – перебила Имэна.
Бедная девушка, как могла, следила за разговором, совершенно сбитая с толку.
– Да, в каком-то роде. Только вот ваши души не могут осознать свое нефизическое состояние, поэтому они проецируют телесные оболочки, которые позволяют мне видеть вас, прикасаться к вам и через которые вы можете взаимодействовать с этим миром.
– Мое тело лежит в храме Афины?
– Нет, жрецы заботятся только о жителях Цитадели, о тех, кто никогда не вернется. Время приостанавливается для странствующей души. Она продолжает свой путь только после того, как накопленные воспоминания эквивалентны девяти месяцам. Студенты, которые возвращаются вовремя, не остаются в вегетативном состоянии. Они приходят в сознание только через секунду после прибытия души. То же правило действует и в отношении вас: если ваши воспоминания о путешествии не превышают девяти месяцев, то по возвращении вы придете в себя именно там, где были до того, как очнулись в доме старика.
– Очаровательно, – мрачно пробормотал Леонель.
– Значит, мы действительно спим, – негромко заключила Лиз.
– Как вам угодно… Но сон, который может повлиять на реальность, разве можно назвать сном?
– Какой смысл во всем этом деле, если оно у тебя только в голове, – проворчала она в ответ.
– А можно умереть во сне? – спросил Оанко.
– Да, боюсь, что так. Говорю вам, этот сон не похож на другие. Обязательно следите за своими ментальными проекциями. Если вы не кормите свои выдуманные тела должным образом, если вы заболели или получили травму, ваш разум воспримет это как реальность. И это может привести к серьезным последствиям.
– Если Цитадель не существует в физическом мире, это объясняет, как ей удается так хорошо скрываться от остального мира… – рассуждала Брисеида. – А Бенджи сказал, что в Цитадель входят изнутри. Он должен был подозревать об этом, как и о путешествии сквозь время… Может быть, это и есть Великая Тайна Цитадели? Что она существует только в мире душ?
– Конечно нет. Старик давно об этом знает. В конце концов, он живет в Мире Снов.
– Если старик живет в пустыне постоянно, значит, он находится там более девяти месяцев, – сказала Лиз. – Он тоже находится в вегетативном состоянии?
– Постоянные обитатели пустыни – это не люди, как мы с вами. Они являются неотъемлемой частью Мира Снов.
– Они – духи, – согласился Оанко.
