- Типа, сейчас четыре тысячи черт знает, какой год, компьютеры поработили человечество и все мы в Матрице? - уточнил Гусев. - Учти, коды доступа к Зиону я тебе все равно не скажу.
- Все не так просто и я не агент Смит, - сказал Борис. - Ты не в Матрице, ты в виртуальном мире. И кроме тебя, здесь больше никого нет.
- Шизофрения косила наши ряды, - вздохнул Гусев. - А ты тогда кто?
- Порождение твоего разума, по большей части. Именно ты придал мне такую форму.
- Видимо, мой разум не так уж изобретателен, - сказал Гусев. - А по меньшей части ты кто?
- До этого мы еще дойдем, - сказал Борис. - Обещаю, ты получишь ответы на все твои вопросы.
- Весьма сомнительно, но ты все же начинай излагать, - Гусев воспользовался блюдцем.
- Знаешь, в чем главная проблема крионики?
- Она чертовски дорогая.
- Я имею в виду техническую сторону вопроса, - сказал Борис. - Главная проблема, с которой сталкиваются криоинженеры, это смерть мозга от кислородного голодания. Человека, умершего от, скажем, инфаркта, можно заморозить, вырастить ему новое сердце, разморозить, провести операцию по пересадке, но в результате получится все равно овощ с отключенным сознанием. Идеальные условия для криозаморозки - это если пациент умирает в крио-клинике, а рядом стоят врачи и техники с готовым оборудованием, но в жизни, как ты сам понимаешь, такие условия встречаются нечасто. Люди в основном умирают совсем не так.
- Угу, - сказал Гусев.
- Сейчас эту проблему научились решать, - сказал Березкин. - Мозг можно стимулировать извне, налаживая разрушенные связи и восстанавливая нейронные сети. Это долгий, кропотливый и очень болезненный для человека процесс.
- Было бы странно, если бы это получалось быстро и легко, - согласился Гусев. - И что дальше?
- Сознание человека, подвергающегося этому процессу, начинает оживать задолго до его окончания, - сказал Березкин. - И тогда его помещают в искусственный мир, своего рода виртуальность, созданную лишь для него одного.
- Для каких целей?
- По большей части, для медицинских. В виртуальном мире пациент не испытывает боли, которую терпит его организм в реальности. Кроме того, проживая новую жизнь, мысля, получая новые ощущения, принимая решения и делая выбор, пациент положительно влияет на процесс восстановления, ускоряя его в разы. Ведь механизмы действуют все те же самые, что и в реальной жизни.
- Выходит, ты пытаешься мне намекнуть, что вокруг меня совсем не будущее?
- Нет, только твои представления о нем, - сказал Березкин. - Та же ложка, которую ты только что согнул. Откуда она? Правильно, из Матрицы. Ее бы здесь не было, если бы в своей настоящей жизни ты не смотрел этого фильма. Искусственную реальность формируешь ты сам, она берет образы из твоей памяти и твоего подсознания. Фильмы, которые ты когда-то смотрел, книги, которые ты когда-то читал. Она построена на твоих желаниях и на твоих страхах.
- Страхов тут явно больше, чем желаний, - сказал Гусев.
- Причем, ты сам уже можешь не помнить, что смотрел те или иные фильмы, а подсознание все равно подсунет их в виртуальность, - сказал Березкин. - Потому что подсознание не забывает. Оно хранит весь твой жизненный опыт и использует его...
- Стоп, - сказал Гусев. - Если весь этот мир замкнут на меня и состоит из вывертов моего мозга, кто тогда ты и откуда взялся? Если ты тоже часть меня, как же ты можешь рассказывать мне вещи, о которых я не знаю?
- Я - голос извне, вестник большого мира, - сказал Борис. - Форму ты придал мне сам, а содержание идет от медицинского консультанта, который подключился к твоей системе жизнеобеспечения. И да, меня на самом еле зовут Борис, только на самом деле я абсолютно на тебя не похож.
- Тогда почему же ты меня сначала в квартиру не пускал, консультант? Почему сразу все не сказал?
- Потому что сначала следовало установить контакт, - сказал Борис. - Поговорить на отвлеченные темы, и лишь потом, когда подвернется случай, рассказать правду. А уж когда ты ложки начал гнуть, я и понял, вот он, тот самый момент.
- А если бы не начал?
- Тогда бы я все равно рассказал, - сказал Борис. - Может быть, чуть позже. На пятнадцать минут или полчаса, или твой разум придал мне какую-то другую форму, и правду ты бы узнал от кого-то другого. От того же Макса, например.
- Я должен был узнать правду именно сегодня? - уточнил Гусев. - Почему?
- Потому что процесс восстановления подходит к концу, и тебе скоро надо будет просыпаться, - сказал Борис. - И мы увидимся с тобой уже в реальном мире, и тогда я действительно поздравлю тебя с началом твоей новой жизни.
- Мне что-то нужно делать? Как-то подготовиться? - спросил Гусев.
- Нет, делать ничего не нужно. Важно лишь одно - ты должен знать, что мир, который окружает тебя сейчас, на самом деле не существует и скоро закончится.
Гусев затушил окурок в пепельнице и тут же прикурил новую сигарету.
