ЦРУ. Правдивая история полностью

Летом 1965 года, когда Линдон Джонсон направил во Вьетнам уже десятки тысяч американских солдат, войной в Лаосе «управляли» от силы тридцать офицеров ЦРУ. Получая перебрасываемое воздушным путем военное оборудование и снаряжение, они вооружали соплеменников народности хмонг, которые выслеживали партизан, совершали инспекторские поездки на участки Тропы Хо Ши Мина и наблюдали за подготовкой тайских коммандос, которой руководил Билл Лэйр.

Лэйр управлял военными действиями в Лаосе с секретного аэродрома на базе Удорн, построенном при участии ЦРУ и Пентагона. Аэродром располагался в Таиланде, на противоположном берегу Меконга. Лэйру было сорок лет, и он работал на ЦРУ в Юго-Восточной Азии уже в течение четырнадцати лет. Предки его жили в Техасе со времени памятной осады Аламо, но сам он был женат на тайской женщине, питался липким рисом со жгучим перцем и пил «огненную воду» хмонгов. Когда дела в Лаосе пошли наперекосяк, все важные документы он запер у себя в сейфе. Когда в бою погибал кто-нибудь из коллег-офицеров, Лэйр никаких сведений никому не сообщал. Война, как предполагалось, велась «настолько незаметно, насколько это было возможно, – говорил Лэйр. – Идея состояла в том, чтобы держать все в тайне, потому что на тот момент, когда мы пришли туда, мы, по большому счету, понятия не имели, что США собирались здесь делать… А как только начали придерживаться тактики секретности, то отвыкать было уже довольно трудно».

Отважнее всех в Лаосе сражался Энтони Пошепни, известный всем как Тони По. В 1965 году ему, так же как и Лэйру, было сорок лет. Еще юнгой получив ранение в боях за Иводзиму, а впоследствии став ветераном военизированных миссий ЦРУ в корейской войне, он был в числе пяти офицеров ЦРУ, которые в 1958 году бежали с острова Суматра на подводной лодке, когда в Индонезии провалилась попытка государственного переворота. По жил на базе ЦРУ в долине Лонг-Тьенг в центральной части Лаоса, в 100 милях к северу от столицы страны. Редко расстававшийся с бутылкой виски или рисовой водки хмонгов, Тони По был действующим полевым командиром тайной войны, вместе со своими солдатами из числа тайцев или хмонгов он продирался по горным тропам и долинам. По почти полностью перенял местные привычки и обычаи и, по утверждению многих, немного тронулся.

«Он мог творить совершенно непонятные вещи, – говорил Лэйр. – Я знал, что, если вы отправите Тони домой, он не протянет там и пяти минут. Без агентства он себя не представлял. Внутри нашего ведомства было немало парней, которые восхищались им, но это потому, что они никогда не сталкивались с ним лично, хотя он был способен и на кое-что хорошее… А крупные воротилы в агентстве… те-то уж точно знали, что с ним происходит, но держали язык за зубами».

Своим пехотинцам По приказывал отрезать уши у тех, кого они убили, в качестве доказательства своих побед в боях. Он складывал их в зеленый целлофановый пакет, а летом 1965 года принес в резидентуру ЦРУ во Вьентьяне и вывалил на стол заместителя начальника. Несчастным получателем бесценного груза оказался Джим Лилли. Если целью Тони По было встряхнуть и шокировать очередного выходца из Лиги плюща, то ему удалось это с блеском.

Лилли вступил в ряды ЦРУ, едва закончив Йельский университет в 1951 году. Он вошел в состав Дальневосточного отделения и во время корейской войны занимался переброской агентов в Китай и вступал в сомнительные сделки с китайскими националистами. Затем он продолжил службу в Пекине, сначала в качестве резидента ЦРУ, а затем – американского посла в Китайской Народной Республике.

В мае 1965 года Лилли приехал в Лаос в качестве заместителя шефа местной резидентуры и, когда его босс, как говорится, сошел на нет, занял его место. Он сосредоточился на организации политической войны в столице. Деньги ЦРУ втекали сюда «как часть наших общих усилий по формированию нации», сказал он в интервью, и «мы закачали довольно большую сумму в адрес политических деятелей, которые должны были прислушиваться к нашим советам». Результаты очередных выборов в Национальное собрание Лаоса полностью оправдались: пятьдесят четыре из пятидесяти семи мест заняли кандидаты, выбранные по указке ЦРУ. Но Вьентьян все равно оказался крепким орешком.

«Мы стали свидетелями гибели наших молодых парней в вертолетных авариях, – вспоминал Лилли. – У нас случались государственные перевороты, наводнения и масса других неприятностей, с которыми приходилось иметь дело. Мы видели, как некоторые из наших соотечественников ломались, не в силах это выдержать».