– Дело не в цвете, она видит не совсем так, как обычные люди. Некоторые из нас полагают, что ее умения как раз завязаны на свойства зрения. Хотя такое, конечно, маловероятно, но эта девочка такая странная, что ничему не удивлюсь. Вчера она повредила ступни в нескольких местах, а сегодня ходит как ни в чем ни бывало – у нее завышенный индекс регенерации, мелкие ранки бесследно исчезают за два-три часа. Еще у девочки обедненная внутренняя микрофлора и фауна, но при этом ее организм прекрасно справляется с усвоением пищи и прочими задачами, в симбиозе с крупными сообществами микроорганизмов нет нужды. Ну и так далее, за ней целый список разных необычностей числится.
– Значит, у нее стерильные внутренности и пара странных умений, которые проявятся в ближайшее время?
– Стерильных людей не бывает, просто…
– Я понял, – перебил полковник. – А с умениями все правильно?
– Да, все верно. Пусть девочка пытается их задействовать, желательно в самых разных ситуациях. Если это будет сопряжено со стрессом – вообще замечательно. Стресс в таких вопросах зачастую помогает лучше, чем что бы то ни было.
– Ясно. Раз вам нечем заняться, кроме как кормить свое любопытство, попрошу всех удалиться. Мне надо сказать вашей подопытной пару слов.
Я бы с большей радостью согласилась задерживать дыхание, приседать по пятьдесят раз без передышки и подставлять руку под уколы иголкой, чем общаться с этим недочеловеком, но мое мнение здесь не имеет ни малейшей ценности.
Да оно нигде не ценится, я ведь всего лишь дорогой товар, а товар не должен открывать рот.
Дождавшись, когда за знахарями закроется дверь, господин Лазарь уселся на стол, задорно мне подмигнул, достал из кармана здоровенное красно-зеленое яблоко:
– Вот Элли, специально для тебя приберег. Самое сочное.
– Благодарю, но ешьте сами.
– Ах, ну да, как я мог забыть. Брезгуешь. Кстати, что там у тебя с Царем?
– Вы о чем?
– Прекрати отвечать вопросами на вопросы. Ну так что?
– Ничего. Я прокатилась с ним в одной машине, и по дороге мы немного поговорили.
– Ну и о чем же вы говорили?
– Это личная информация.
– Считай, что тебя спросил сам Дзен, а своему жениху ты обязана отвечать без увиливаний. Если угодно, я позвоню ему прямо сейчас, и он прикажет тебе письменно каллиграфическим почерком описать не только беседу с Царем, но и содержание всех твоих эротических снов за последний год. Однако не советую, это просто затягивание времени и лишняя нагрузка на мои и без того истощенные нервы. Чем быстрее ты ответишь на все, что я спрашиваю, тем быстрее оставлю тебя в покое. Ведь мое присутствие тебя тяготит – не так ли? Вот и давай, говори, это в твоих интересах. Итак, о чем вы болтали в машине?
– О том, что глядя на меня, он пытается разглядеть длинную колонну военной техники, которую Западная Конфедерация надеялась получить от Азовского Союза.
– Ну это его влажные мечты и детские обиды, надолго такие разговорчики затянуться не могут. О чем еще говорили?
– Еще он считает, что вы и господин Дзен совершили большую ошибку.
– Ну да, мы ведь притащили тебя, а не броню.
– Вы вообще не должны были брать орхидею, и я согласна с этим мнением господина Царя.
– Ну надо же, она, видите ли, согласна с нашей ходячей бородой. И почему это мы не имели права прихватить один из азовских цветочков?
– Всем известно, что орхидеи на сторону вручаются лишь сильным и адекватным союзникам.
– Ага, ну да, конечно, пытаюсь не рассмеяться, совсем уж за дурака решила меня держать. Получается, те психи четыре года назад не в счет?
– Это был исключительный случай, но не в вашем случае. Всем известно, что Герцог всегда относился к Западной Конфедерации с пренебрежением. Вас даже исключили из объединенной системы снабжения, то есть отказали в праве даже не равенства, а партнерства. Теперь, когда Азовский Союз в затруднительном положении, господин Дзен решил все припомнить. Но господин Царь считает, что Конфедерации не нужна столь мелкая месть и не нужна демонстрация вашего превосходства. Конфедерации нужна техника, вы должны были привезти танки, а не уникальную орхидею. К тому же господин Дзен таким поступком поставил себя в один ряд c самыми бесхребетными союзниками Азовского Союза, это унизительно и многих вывело из себя. А еще он повел себя как господин, а на западе такого быть не должно, здесь все равны, закон для всех один.
– Борода так и сказал?
– Не дословно.
– С тем, что мелкая месть нас не украшает, я согласен. С тем, что на западе нет и не будет господ, тоже. Но это ведь не все?
– Он говорил, что я глупо себя веду. И что защищает меня лишь генерал Дзен, а он не вечный и мог сегодня погибнуть при том взрыве.
