– Так, Адена. У меня, правда, мало времени. Ты поймешь медицинские термины и детальное описание состояния твоих друзей?
– Можно коротко и понятно для тех, кто только недавно выбрался из заточения, – попросила её, заметив, как она устало выглядит. Круги под глазами, волосы растрепаны, одежда мятая. Она вообще не отдыхает?
– Конечно, – тепло улыбнувшись она глубоко вздохнула и повергла меня в ужас. – Фаер и Джейн в коме, – я остолбенела.
– Но… мне сказали… – пыталась выдавить из себя что-то внятное.
– Да. Фаер ни разу не пришёл в себя, а Джейн была в сознании. Но пару часов назад, кто-то ввёл её в искусственную кому, и мы делаем все, для того чтобы вернуть её. Но это не так быстро и просто.
Я ощутила, как меня разносит на атомы от ослепительной вспышки гнева. Руки воспламенились, и я ощутила легкое жжение в глазах.
– Боже… – Катарина отшатнулась от меня и врезалась в спину Дориана.
Тот, прижав Самуэля к стене, душил его, но сразу отстранился, поймав доктора.
– Я с тобой не закончил, – зло бросил главе города и повернулся ко мне. – Адена, возьми себя в руки. Они оба живы. Я вернулся, и мы обязательно выясним, кто это сделал. Даю слово, – вытянув руки вперед, сделал шаг в мою сторону.
– Она…она как Герда, – прошептала Катарина и прикрыла рот рукой, то ли от шока, то ли от ужаса. Мне было плевать о ком она и о чем. Все мои силы уходили на контроль.
Дор не обратил внимание на ее слова, продолжая смотреть на меня. Я старалась взять себя в руки, но не выходило. Гнев не подчинялся мне, и желание убить кого-нибудь стремительно росло. Бросив взгляд на Самуэля, увидела, как он спокойно стоит, прислонившись к стене, и листает журнал. Ему плевать?! На все?! Снова!
Вытянув руку в его сторону, направила силу на столь интересный ему журнал и сожгла его, обратив в пепел. Недовольно покосившись на меня, он сдул пепел с рук.
– Что-то хочешь сказать? – лениво сложа руки на груди, поинтересовался.
– Убить тебя хочу, – сообщила своё желание.
Гнев пожирал меня и ненависть ко всему этому миру, главе этого города и всем тем, кто виновен в моих страданиях или моих друзей поглощала, утягивая во тьму.
– Когда я только пришла в этот город, с самого начала заявила тебе о том, что ты херовый кандидат на роль главы всего нашего вида, но сейчас…– мое тело полностью воспламенилось. – Твоя шлюха хотела убить меня вчера, после, кто-то заложил бомбу у тебя под носом, и пострадали люди. Даже в больнице, кто-то смог навредить твоим людям. Что ты за король, когда вокруг тебя творится подобное и ты ни черта не делаешь для поиска виновных?! Стоишь тут и читаешь журнальчик! – я так орала на него, что боялась сама себя. Ненавижу его!
– Адена, – Дор закрыл собой Катарину и попытался воззвать ко мне.
– Нет! – рявкнула на друга, как бешеная. – Пусть ответит, почему на его территории, вредят его же людям? Почему он бездействует?! Позволяет подобному случиться?!
Я испепеляла взглядом этого черноглазого и желала превратить его в горстку пепла.
– Ты не думала, что во всех бедах моих людей виновата ты? Любительница указать на мои ошибки, которая не может разуть глаза и увидеть очевидное? – с холодным спокойствием поинтересовался у меня, стряхнув пылинки со своего плеча.
– Сэм, заткнись! – рявкнул Дориан.
– Нет! Мне надоело, что она видит тьму только во мне, хотя и сама вымазана ей полностью, – Самуэль начал медленно надвигаться на меня. – Заметила, что на город под утесом напали на следующий день, после твоего появления? Вместе с сотней моих людей, погибли и двое твоих друзей, – он взял мой горящий локон в руки и усмехнулся. – Не думала, что их убийца пришёл для того, чтобы причинить боль тебе, а разыгравшаяся битва была лишь прикрытием? Все те люди погибли из-за тебя. Стали мишурой, прикрывающей реальную цель – сделать тебе больно, лишив близких друзей, – он бил меня наотмашь, каждым сказанным словом и проделывал новые дыры в сердце, не отводя взгляда. – Бомба была в твоей комнате, в доме моего друга. Но пострадал кто? Снова твои друзья. Везде, – он приблизился вплотную. – Везде, где есть ты и те, кто тебе дорог, проливается кровь. Но не твоя. Может дело не во мне, а в тебе? М? – он приподнял мою голову за подбородок и заметив слезы, усмехнулся. – Подумай на досуге. Всего доброго.
Отбросив мое лицо, как ненужный хлам, просто развернулся и отправился по коридору на выход. Я видела лишь силуэт, так как глаза застилала пелена слез. Сердце было готово истечь кровью, а в груди зародилась удушающая боль. Подняв руку, чтобы стереть слезы, поняла, что больше не горю. Гнев исчез, уступив дорогу боли и ненависти.
– Не слушай его… – начал Дор, но я покачала головой.
– Он озвучил то, о чем я и сама думала пару раз. Можно навестить ребят? – повернулась к Катарине и получив кивок с указанием направления, поплелась в нужную сторону.
