– Можно тебя на пару слов, – подойдя к парочке, стараясь не обращать внимание на пиявку, смотрела на человека, который смог проникнуть глубже, чем хотелось бы. Я нацелилась прямо в чёрные глаза, которые не так давно, пылали страстью рядом со мной.
– Говори, я не посторонний человек для своего мужчины, – пропела эта тварь, и мне стоило чертовски большого контроля, остановить себя от желания сжечь ее посреди улицы, кишащей народом.
– Наедине, пожалуйста, – все еще смотря в черные глаза, надеялась на аудиенцию.
– Что тебе нужно? – не отрывая руки от блондинки, поинтересовался, доказав, что любить его нельзя и ему плевать на мое, даже крохотное, желание поговорить.
Больно. Видеть его с ней. Искривление его лица, при взгляде на меня. Больно видеть. Очень. Но терпимо. Хотелось впитать в себя побольше эмоций, перед тем как снова возвести щиты и даже не давать себе думать о нём. О нас.
– Хотела спросить, ведутся ли поиски тех, кто причастен к взрыву. И почему лекари не могут вылечить ребят.
– Хоть ты и не поверишь в это, но я ищу виновных и лично уничтожу, – тон его голоса не дал усомниться в словах. Хорошо. – А что касается лекарей, то они не волшебники, которые могут оживлять и лечить вспоротое брюхо, из которого вывалились все внутренности. Они могут исцелить раны, некоторые, даже серьёзные, если оказались рядом не слишком поздно. Но пострадавший мозг, кости нет. Как и очистить организм от химии, с помощью которой, усыпили Джейн.
Пораженная открытием о лекарях и его столь развернутым ответом, хотела поблагодарить, но не успела.
– Как ты мил. Все разжевал для нашей малышки из подземелья, – мило улыбнувшись, пиявка почти сгорела дотла, но лишь в моих мыслях.
– Почему она не наказана и жива, за попытку убить меня, Самуэль? – я задала вопрос, вставив его имя, желая сделать его более личным. Увидеть хоть намек на его возможные чувства ко мне. Но их не было.
– Она не отвечает за своих бойцов. Те перешли границу и уже наказаны, – с небольшой заминкой, получила ответ и кивнула.
Мне все более чем понятно.
– Всего доброго, – бросила им, развернувшись и сразу взяв курс в сторону лифта.
Невозможно влюбиться в само воплощение ненависти, но я смогла. Запала на его внешность, силу и тьму, которую многие боятся, в отличие от меня. Была поражена его заботой после того, как чуть не умерла. Он спас меня, тащил мое тело, накормил и напоил. Сражался рядом. Пообещал не отдавать, как ненужную вещь Дюрэю, хотел остановить бой на ринге и помог с коленом.
Я слышала разговор лекарей, недалеко от моей палаты. Они восторгались тем, как сам Самуэль участвовал в операции на моем колене. Он вправлял мне коленную чашку или как её, своей тьмой и что-то ещё сделал, я не поняла, пока лекари работали над кучей других моих поломок. Да, я часто считаю его уродом, но на самом деле, внутри у него есть что-то прекрасное. Толкающее его на заботу обо мне. Пусть, оба раза я и не видела процесса, но получала результат.
Его тьма пустила во мне корни, которые сложно выдрать. Но я смогу вырывать и отламывать каждый чертов росток этого чёрного цветка, который будет пытаться прорасти внутри меня. Смогу. Выбора просто нет. Как и питательной почвы внутри меня.
Выбраться из города оказалось легко. Охрана у общего лифта ничего мне не сказала, только осмотрела с ног до головы. По пути на выход я заскочила в магазин за провизией и потратила пару талончиков, которые, мне еще перед отъездом, выдал Дориан. Дома есть еще целая куча от Фаера и Кита. Вернее, была. И дом был. И друг здоров, как и подруга…
Вспомнила, как мило парни выдали мне целый пакет бумажек со словами о том, что я девочка и мне наверняка хочется купить много всего неизведанного. Они были правы. С сияющими от восторга глазами, я схватила их под руки и потащила по лавочкам и магазинам.
Накупили мы не так много, но было весело. Я никогда не шопилась и не тратила деньги. Мы купили мне немного одежды, парням новые футболки, так как я настояла. Они выбрали красные. Сказали, что будут носить их по праздникам и вспоминать тот день с улыбкой. Также я решила, что дому Фаера не хватает занавесок, поэтому набрала тонкой, красивой тюли различных цветов. Парни их героически вешали и даже почти не ворчали. Ну и так по мелочи. Коврик в ванную, красивые подушки, которые мастерили школьницы на уроках шитья. В общем, предали дому уюта. Прекрасный был день…Как и каждый, что я провела с друзьями.
Медленно направляясь вглубь леса, размышляла, о чем подумать. Глупо? Не очень. Я не возвела свои мысленные щиты. Решила побродить не только по лесу, но и по своим чувствам и эмоциям. Читала, что это полезно. Просто взять и прочувствовать все, что накопилось, что болит и тревожит.
Куда я двигалась, пока не знала, но впереди точно север. Карту я тоже взяла. Изучу, когда найду где переночевать. С чего бы начать свой самостоятельный психоанализ? Хм.
