– Больше так не буду, – Люцифер помахал руками, – иногда мне сложно даются любые перемены. Например, выходит, не так просто отвыкнуть от старой привычки передвигаться бесшумно.
– Ладно, все в порядке, – Анжела смягчилась, – ты, наверное, от отца?
– Нет. Мы с Джошем давно разошлись. Вообще-то я ждал тебя.
– Зачем?
Анжела хорошо обдумала вчерашнее и решила, что все же Люцифер лгал, когда говорил, что ее смерть не сможет остановить Апокалипсис. Вероятно, он надеялся, что после этих слов девушка просто взбунтуется и не отдаст себя в жертву так легко. Поэтому и пытался смутить ее. Ведь, даже Дэймон был уверен, что наверху не приняли бы это решение без каких-либо причин.
По поводу же остального Анжела еще сильно колебалась. Она не считала разумным принимать на веру слова Люцифера, но сомнения ему определенно удалось зародить. Причем, сомнения немалые.
– Я лишь хотел спросить, нужен ли еще тебе брелок?
Этого Анжела ожидала меньше всего.
– Эм... Я еще не успела показать его Дарси, но могу вернуть его, если хочешь. Все-таки он твой.
– Нет, не стоит, – Люцифер покачал головой, – пользуйся им столько, сколько потребуется.
– Что ж, благодарю, – Анжела помялась, но потом все-таки выпалила:
– Ты ведь солгал мне!
– Не знаю про что ты, но нет, крошка Беллз. Одно из моих личных и неизменных правил – это всегда говорить только правду. Меня считают первым лжецом на этой планете, но все совершенно не так. После того, как Он поступил со мной, как оклеветал меня, я предпочитаю действовать ровно наоборот. Поэтому, можешь быть уверена, что и тебе я никогда не лгал, и говорил только правду. Правду, в которую ты, видимо, все еще не желаешь верить. Впрочем, как и все остальные, – казалось, Люцифер был очень разочарован.
– Моя смерть поможет остановить Апокалипсис. В этом ты обманул меня, – почему-то Анжелу задело то, что он сравнивает ее с другими.
– Так вот ты о чем, – он фыркнул, – а я-то думал... и кто же тебе это сказал?
– Дэймон. Он точно не стал бы мне лгать.
– И что именно он тебе сказал? Только, вспомни дословно.– Люцифера ни капли не смутил ее разоблачительный тон.
Он по-прежнему казался уверенным в своей правоте.
– Ну, – Анжела замялась, увидев это, – что наверху не приняли бы этого решения без веских причин.
– Конечно, у них есть причины, – Люцифер расхохотался.
– Но вчера ты говорил совершенно другое, – Анжела скрестила руки на груди и выжидательно посмотрела на него.
– Что? Крошка Беллз, ты меня совсем не слушаешь. Я лишь говорил, что твоя смерть не поможет остановить Апокалипсис. Но это решение, безусловно, взвешенное, – он язвительно фыркнул, – и, конечно же, расчетливое, а так же имеет под собой веские основания. Я берег твои чувства, но если ты так настырна и действительно хочешь знать их причины...
– Хочу, – Анжела была непоколебима.
Люцифер вздохнул.
Некоторое время он молчал, точно надеясь, что девушка передумает, или же, все еще размышляя, стоит ли ей что-то говорить.
В итоге он, видимо решил, что стоит:
– Про какой способ остановить Апокалипсис я говорил тебе вчера?
– Надо, чтобы Всадник перестал быть им, изменив суть, или поменяв цвет, – это Анжела отлично запомнила.
– Правильно. А теперь подумай логически, крошка Беллз, – он постучал себе по лбу, – разве они могут добраться до меня, или же Дэймона?
– Не знаю, – девушка растерялась, – думаю, вряд ли.
– Не могут! Мы больше не в их власти. Красные крылья никогда не будут белыми вновь, равно, как и черные. Став Падшими, мы отринули их, и теперь они не могут влиять ни на наши эмоции, ни на наши мотивы. Мы свободны от их власти! Так кто же еще им остается?
– Крис и Самаэль, – послушно ответила Анжела, все еще не понимая, к чему он клонит.
– Да. Но разве у Самаэля есть хоть какой-то выбор? Нет! Он не может перестать быть Смертью, как бы сильно этого не хотел. И те, кто сидят наверху, тоже не могут его изменить. Смерть – это билет в один конец. Она постоянна, и от нее невозможно спастись, или убежать. Суть Смерти не изменить! А серым крыльям никогда не стать ни белыми, ни красными. Такого способа просто нет! И кто же у них остается теперь? – он посмотрел на Анжелу, ожидая ответа.
– Остается только Крис, – послушно кивнула она.
Дэймон когда-то говорил ей про то, что для Ангелов Смерти пути назад нет, и сейчас слова Люцифера звучали разумно.
– Именно. А какого Всадника представляет собой Кристиан? – ласково спросил Люцифер.
– Всадника на белом коне. Праведность, – Анжела почувствовала себя так, будто сейчас она в школе и отвечает особо сложный урок.
И вроде, она все говорила верно, но тон Люцифера заставлял сомневаться в своих ответах.
– Верно, крошка Беллз! Праведность. Отринуть сущность Всадника для него означает стать либо Падшим, либо же Ангелом Смерти. Ведь белые крылья так легко меняют свой цвет, – он усмехнулся, – однако все не так просто, как кажется. Для Смерти есть свои правила. Он не сможет ею быть, пока жив его последний подопечный, даже если тот откажется от Хранителя. Ведь у Смерти нет связи с землей, а человек, которого ты прежде хранил – это твой якорь.
