– Это значит "не из этого мира", – вставил Андерс, допив первую кружку и принимаясь за вторую. – Призрачным.
Шип тихо заворчал. Бармен прокашлялся и продолжил.
– Ну, духи в Теми были всегда. Они, хм, ну типа немного светятся голубым светом, и летают всюду, ищут неосторожных людей, чтобы высосать из них жизнь.
– Да ну? – спросил Шип.
– Ага. Но Темь никогда не покидают. Некоторые грят, они там в ловушке, что эт призраки всех умерших, заблудившихся в тумане. Другие грят, мол, каждый раз, как дух убивает жертву, – бармен наклонился вперёд, – жертва сама становится духом. Они редко нападают на группы вроде вашей, но иногда они объединяются и убивают целые команды.
Генри фыркнула.
– Духов не бывает. Ты…
– Генри, демонов тоже не бывает, – с серьёзным лицом сказал Шип. На это Генри сказать было нечего, с учётом того, что меньше года назад демон пытался её сожрать.
– Разумеется, осторожные люди могут предпринять меры против нападений духов, – продолжил бармен.
– И, видно, у тя есть куча этих мер за скромную цену, – Генри покачала головой. – По-моему, эт просто форма грабежа.
Шип её проигнорировал.
– И чё за меры?
Бармен великодушно улыбнулся.
– Думаю, для таких, как вы, лучше всего сработают амулеты. Они охранят от появления духов. Мёртвые их боятся, понимаете? Эт небольшое ожерелье, благословленное священниками Пяти Королевств.
– Ага. Эти знают о мертвецах немало, – сказал Шип, кивая.
– Одна серебряная монета за каждое ожерелье, или двенадцать бронзовых, – сказал бармен.
– Андерс, дай-ка мне монет.
– Уф, босс, это как раз почти всё, что у нас есть.
– Ага, тока не хочу я, чтоб меня мертвецы сожрали. И оживать после этого тоже… Со мной такого не будет. Дай ему денег.
Андерс проворчал что-то себе под нос, но передал монеты. Бармен смёл деньги и вернулся спустя пару минут с круглым кусочком дерева размером с монету, на котором был грубо вырезан какой-то символ. К нему был приделан шнурок, чтобы амулет можно было вешать на шею. Шип схватил ожерелье и быстро надел на себя.
– Вы мудрый человек, сэр. Точно грю, оно всех духов отпугнёт. А терь пойду, обслужу других клиентов, – сказал бармен, ухмыляясь от уха до уха, и уковылял прочь.
Генри покачала головой.
– Блядь, пустая трата денег.
Шип фыркнул.
– Напомню те об этом, когда чёртов дух будет жевать твою ногу.
Андерс покончил со своей кружкой и поднялся на ноги.
– Что ж, полагаю, надо раздобыть ещё монет, раз уж наш босс потратил почти все наши деньги. Если кто-нибудь меня поймает, я искренне надеюсь, что хотя бы один из вас придёт мне на помощь. Спешу напомнить, что я практически не вооружён.
Шип отмахнулся от Андерса, и они с Генри вернулись к своим кружкам и стали играть в гляделки друг с другом. В гляделки с Чёрным Шипом нелегко было победить. Большинству людей сложно было смотреть в глаза Генри, но только не ему, он кого угодно мог переглядеть. Вскоре Генри отвела взгляд и решила сосредоточиться на пиве. Она прямо чувствовала, как Шип ухмыляется.
Примерно на второй кружке пива вернулся Андерс с куда более тяжёлым кошельком и с пьяным видом. Генри немедленно схватила его за тунику, подтащила к себе и поцеловала. По правде говоря, она заскучала, а когда она скучала, ей нравилось трахаться или резать.
– А никто эти монеты назад не захочет? – спросил Шип.
Андерс оторвался от Генри и улыбнулся.
– Я бы этого не ожидал. Я выиграл их в честной игре при помощи везения и сноровки. Она заключается в кидании бронзовой монеты в кружку с увеличивающейся дистанции и выпивке всякий раз, как попадаешь. Думаю, мои оппоненты недооценили мои возможности.
Это объясняло, почему от него пахло пивом с запахом мочи, которое подавали в этой таверне. Уголком глаза Генри заметила движение. Играя так долго в игру Диких Земель, она научилась замечать, когда люди уделяют ей особенное внимание, и замечать, когда это внимание превратится в действие. Генри глянула Шипу в глаз, кивнула, и он тут же понял её. Руки на оружии, и у него и у неё. Андерс, казалось, не замечал, что вот-вот может начаться насилие.
Мужчина остановился за пределами удара и поднял руки.
– Не возражаете, если я присяду? Я не вооружён, оставил оружие у своей команды. – Он указал на другой стол, за которым ещё пятеро наблюдали за встречей.
– Не знаю, чё за дело у тя, по-твоему, тока нас оно не касается.
Мужчина улыбнулся. Он был высоким и симпатичным, с сильным подбородком, длинными тёмными волосами и светло-голубыми глазами. Он выглядел непринуждённо, но лучше многих Генри знала, какими пиздюками могут оказаться весельчаки.
– Пожалуй, я всё равно сяду. Медленно. Никаких резких движений. Не охота, чтоб меня пырнули или чё-нть вроде того. – Он сел на тот же стул, где сидел бармен, и в демонстрации хороших намерений положил руки на стол. – Хорошо. А теперь, пожалуй, можем поговорить и о делах.
– Любезный, а есть ли у вас имя? – невнятно пробубнил Андерс. Язык у него стал заплетаться только что, и он стал немного покачиваться, махнув кружкой с пивом новоприбывшему. Генри не знала точно, в какой мере он лишь изображал пьяного болвана.
