Альбертас Казевич Лауринчюкас – литовский писатель и журналист. В 1960-1963 годах работал корреспондентом газеты «Сельская жизнь» в США. Вернувшись на родину, написал книгу «Третья сторона доллара», за которую получил республиканскую премию имени Капсукаса. В 1968-1970 годах представлял в США газету «Москоу ньюс».Советскому и зарубежному читателю А. Лауринчюкас знаком по книгам очерков «Медное солнце», «Черная кровь», «Тени Пентагона», «Вечные березы». Пьесы – «Средняя американка», «Мгновение истины», «Цвет ненависти», «Последняя просьба» – поставлены театрами Литвы, Российской Федерации, Украины и других республик.Международным союзом журналистов за заслуги в борьбе за укрепление мира, международной солидарности и взаимопонимания между народами А. Лауринчюкас награжден медалью Юлиуса Фучика.
Айрин Тейлор – президент компании Менторских алмазных копей, 48 лет.
Лаура – ее дочь, 23 лет.
Томас Леру – муж Лауры, командир повстанческого отряда, 28 лет.
Кэтрин Ламидей – мать Томаса, 45 лет.
Эдвин Круз – член правительства, промышленник, 55 лет.
Сабалу, Читомбе, Бауга, Джо, Ясат – партизаны из отряда «черных мстителей», от 18 до 50 лет.
Курт, Швен – члены личной охраны Тейлор, 45 – 55 лет.
Врач – 40 лет.
В эпизодах: гости, охранники, кельнеры.
Действие происходит в наши дни в Южной Африке.
Лаура. Замолчи, Томас, иначе мы опять поссоримся!… Ты не знаешь моей матери, поэтому говоришь так. Тебя ослепляет ненависть. Тебе кажется, что если у человека на текущем счету десять миллионов долларов, он непременно злодей. А каждый нищий – кандидат в апостолы.
Томас. Почему же ты не захотела стать сердобольной наследницей этих миллионов? Почему ты ушла к нищим, в революцию?
Лаура. Я?… Тут особый случай. Не обо мне речь. Что касается моей матери, это настоящая христианка, женщина поразительной доброты. Я своими глазами видела, как она ночи напролет… А как она ухаживала за моей несчастной няней, когда та была при смерти? Сколько подвижничества в делах благотворительности! Ручаюсь, она не задумываясь отдала бы свои миллионы, если бы сочла, что это принесет счастье людям.
Томас. Прости, Лаура, стыдно слушать этот детский лепет. Да будь они все трижды прокляты!…
Лаура. Тише, прошу тебя, нас слышат…
Томас. Твоя мать не просто одна из самых богатых женщин Южной Африки. Это один из самых зловещих монстров…
Лаура. Ложь! Клевета! Она никогда не прибегала к услугам политиканов. Она сама их терпеть не может. После трагической гибели отца она вынуждена была скрепя сердце стать во главе фамильной корпорации.
Томас
Лаура. Пылкость тут ни при чем. Просто я знаю ее лучше иных посторонних!
Томас. Здесь нет посторонних! Люди, которые вместе со мной бьются за свободу, мои кровные братья! Бауга, Джо!
Бауга
Джо. Мы здесь, Томас.
Томас. Что вы скажете, ребята, про христианскую душу некоронованной императрицы алмазных копей Претории Айрин Тейлор?
Лаура
Бауга. Про душу ничего не скажу. Душа – пещера. А вот сердце… Сердце у этой леди, полагаю, такое же нежное и кроткое, как у нильского крокодила на исходе голодного дня.
Джо. Да уж, не хотелось бы мне сейчас попасться ей на зубок…
Бауга. А я так скажу: не приведи господь никому зависеть от христианского великодушия Айрин Тейлор. Не пожелаю я этого и вам, ее дочери. А во всем остальном вы и сами смыслите. Иначе не были бы сейчас здесь, среди нас.
Лаура. Я могу простить такой фанатизм нашим друзьям. Огонь борьбы слепит им глаза. Но ты?… С твоим кругозором?… Когда в Оксфорде я впервые увидела тебя на кафедре… Твой голос…
Томас
Лаура. Я сама помогла вам добыть эту папку, не так ли?
