Почувствовав, что она не пытается отбиваться или возмущаться, Игорь толкнулся языком, размыкая податливые губы. Тихий стон вырвался откуда-то из глубины. Дыхание смешалось, и вот уже она перехватила инициативу, вступив в борьбу. Руки мужчины скользнули под раскрытое пальто, обхватывая талию, притягивая ближе к себе. Поцелуй становился все глубже, мурашки прокатывались по всему телу, распаляя пожар в крови, будто и не было кусающего мороза на улице.
Сейчас вокруг них словно ничего и никого не существовало. Они находились в отдельном мире, где всем правила страсть, вынуждала кусать губы друг друга, стонать и тонуть в порыве нахлынувшего возбуждения. Игорь прижал ее к машине, выбивая весь воздух из легких, ловя поцелуем ее стон. И ни на секунду не отрываясь от сладких губ, дурманивших голову. А Наташа, ощутив холод железа, словно очнулась.
– Прекрати, – сумела проговорить, чуть задыхаясь, пряча губы, чтобы он вновь не завладел ими. Легкие горели огнем, и зубы стиснула до боли в скулах, пытаясь прийти в себя.
Игорь, уловив перемену и осознав, что сорвался посреди улицы, чуть сдвинулся вбок и упёрся лбом в автомобиль. Прохлада освежила мозги, и он, тряхнув головой, сделал шаг назад и помог Наташе сесть на сидение. Закрыв дверь и оперевшись руками на машину, глубоко вдыхал морозный воздух в попытке успокоиться. Вот это его торкнуло…
Стоило только почувствовать жар ее губ, как все самообладание полетело к чертям! Да, он хотел этого весь вечер, но не на улице же… Что с ним происходит?
Сев за руль, хотел поговорить с ней, но Наташа сделала финт. А именно, резво выскочив из машины, пересела на заднее сидение. Игорь хмуро посмотрел в зеркало заднего вида.
– Не хочешь говорить, значит, подруга? – саркастически спросил.
Она не ответила, только смотрела в зеркало в его глаза, сверкающие от отблесков фонарей на улице.
– Игра в молчанку? Хорошо, в неё могут играть двое…
Включив погромче какую-то радиостанцию, Игорь, сильно нажав на педаль газа, рванул к её дому.
Всю дорогу они так и не разговаривали, каждый утопая в своих мыслях, желаниях. И последние как раз у Игоря и Наташи сходились. Но мужчину ничего не останавливало, у него не было принципов, он не думал о будущем, не строил планов в этом отношении. Тогда как Наташа… Боролась. Уже не первый раз ее желание вступало в борьбу с разумом из-за Игоря, и побеждал разум… Уж так она привыкла.
Стоило машине остановиться, как Наташа выбежала из неё, словно за ней гнались, быстрым шагом направляясь к подъезду.
– Не прощаться нехорошо, доктор Наташа… – пробормотал себе под нос Игорь, выходя из автомобиля.
Далеко она в своих сапогах на шпильках не убежала, и он перехватил ее за руку, когда она надеялась скрыться в темноте подъезда. Обернувшись, недобро сверкнула глазами, но следом ее лицо изменилось, складочка на лбу разгладилась, будто она разгадала что-то интересное.
– Я поняла, пошли, – сказать, что он удивился – это промолчать.
Наташа быстро цокала каблуками, пока не остановилась около лифта, где горела тусклая лампочка. Игорь неспешно шёл за ней и нахмурившись наблюдал, как она перекидывает волосы на одну сторону и спускает немного пальто, открывая голую спину.
– Снимай. – Ее голосом можно было заморозить.
А у Игоря изумление сменилось злостью.
– Ты думаешь, я за этим шёл? – Если признаться, он совершенно забыл о дорогом украшении на ее шее. И в момент понял, что когда бы вспомнил, не переживал. Был в ней уверен.
– А разве нет? Снимай, мне холодно!
Борясь между желанием отшлепать ее хорошенько за то, что такого о нем мнении, и поцеловать в эту красивую ямку между лопаток, он, сделав шаг в сторону, вызвал лифт.
– Дома снимешь. – Его голос звучал хрипло.
Скрежещущие дверцы старого лифта открылись сразу же, Игорь зашёл внутрь, выжидающе взглянув на Наталью.
Зашла, но встала спиной. И только лифт поехал, так резко повернулась, что разметавшиеся пряди волос ударили Игоря по лицу.
– Ты забираешь украшения и исчезаешь из моей жизни.
Она не спрашивала. Приказывала. Тоном, которому не каждый мог возразить.
Вот только он будто не слышал её. Сейчас ему было плевать на слова. Он видел эту женщину насквозь. Видел её борьбу, злость и вожделение. И сделал выбор сам. Хватит игр. Хочет думать так? Пусть, у нее еще есть несколько минут своего превосходства.
Наташа открыла дверь квартиры и прислушалась. В комнате работал телевизор. Значит, Соня не спит… И почему она чувствовала от этого разочарование?.. Дура!
– Сонь, я дома, – сказала Наташа, когда Игорь оперся на дверь и сложил руки на груди. Это она заметила краем глаза, но намеренно не смотрела в его сторону.
Скинула сапоги и, снимая на ходу пальто, прошла в комнату. Но Сони на диване не было. Надо же, перебралась сама в кровать, такое бывало нечасто. Наталья убедилась, что любимая дочь сладко посапывает у себя, и плотно закрыла к ней дверь.
