Кристина видела состояние Наташи. Ей вообще очень понравилась эта женщина. С первого взгляда как будто очень серьезная, но в то же время умная, проницательная, внимательная. Вот только с каждым часом взгляд ее становился все более тусклым. И любые попытки выведать, что у них за отношения с Игорем, терпели крах. Словно Наташа боялась кому-то рассказать о своих переживаниях, страхах. А то, что они есть, Кристина поняла особенно остро, когда в девять часов Наташа отправила спать Соню, и следом потухшая ушла сама.
Что удивило Кристину, так это то, что Наташа не хотела ему звонить! Да если бы ее мужчина вот так не явился, она бы названивала каждые полчаса!
А Наташа не хотела, и что за этим крылось, Кристина так и не выяснила.
Игорь явился домой около полуночи в совершенно невменяемом состоянии.
От него так разило женскими духами и алкоголем, что Кристине стало тошно, и она обрадовалась, что тут она, а не Наташа.
– Ты мудак! – заявила ему с порога.
– Да, – кивнул и поплёлся в зал.
– Ты почему не пришёл? Она тебя ждала!
– Отвали, мелкая. – Он махнул на неё и, стянув пиджак, швырнул его на пол, а после сам упал на диван.
– Нет, ты меня выслушаешь! Ты хочешь ее упустить? Не любишь? Так, может, не будешь трепать ей нервы?
– Пусть уходит… пусть ненавидит… – Его язык заплетался, но не услышать это было невозможно. И то, как он это сказал… С какой-то болью, будто выдавливал эти слова против воли.
Кристина замерла. Даже обернулась посмотреть, не слышала ли это Наташа. Как он мог это сказать?
– Ты мне сам недавно говорил, что она твоя…
– Моя…
Уже через секунду мужчина спал, и как Кристина ни пыталась его растолкать, все оказалось бесполезно. Что у них происходит? Это мучило, и до жути хотелось разобраться!
***
Наташа, как последняя дура, рыдала полночи. Сначала старалась держаться, запихнула обиду поглубже, уже в который раз. И даже пыталась заснуть. Но когда услышала подъехавшую машину и поняла, что подниматься он не собирается, просто сорвалась. Никогда в жизни не ревела из-за мужика, вот так, надрывно, от дикой боли, которая сковала сердце. Что он творит? Почему отдаляется, почему не хочет ей ничего рассказывать? Ответ виделся только один: она ему не нужна. Он живет работой, вот главная женщина в его жизни. А драгоценности – его дети. И, кажется, в этой семье Наташе и Соне места нет. И сейчас он точно жалел, что Наташа находится в его доме. Не мог сказать, что она не нужна вслух. Слишком слаб, похоже…
Боже… Это понимание разбередило душу, высасывало ее и заставляло страдать, а после ненавидеть… Ненавидеть Игоря. Его работу. Всех мужчин на свете! Это просто больно, когда к тебе так относятся… Он ведь никогда ее не слушал. Всегда выворачивал все в свою сторону. И нагло манипулировал ею с помощью Сони! А его ласки, взгляд, полный нежности и любви… Ей показалось. Сама влюбилась, как дура, и, хоть боялась себе в этом признаться, хотела, чтобы с его стороны было то же самое.
А когда человек сильно хочет, он начинает слепо верить. К сожалению.
Вот только, несмотря на эти печальные мысли, маленькая искорка веры, что ей не казалось, что он правда что-то чувствует, никак не хотела исчезать. Ведь их ночи… Они все меняли. Жаль, нельзя жить только ими.
Сон все-таки унёс беспокойное сознание в царство Морфея, и последней мыслью было то, что завтра утром они серьёзно поговорят. Все раставят на полочки. Сил больше терпеть нет. И возможно, если бы она не проснулась в шесть утра и не увидела Игоря на диване, не разглядела помаду на воротнике, они бы и правда поговорили.
Но… Пузырь лопнул.
Терпеть измену она больше никогда не будет! Да даже не в этом дело. Просто неожидано поняла, что все равно разговор ни к чему хорошему не приведет. Так зачем трепать себе нервы еще больше? Отошла на цыпочках от него и быстро побежала наверх собирать вещи. В сумку летело только самое необходимое, сейчас стало важно скрыться из этого дома как можно скорее.
Тихо спустилась к Соне, собрала все учебники и тетради, неаккуратно запихивая их в рюкзак и сумку.
– Мам? Ты что делаешь? – сонно спросила дочь.
Закрыла глаза и досчитала про себя до десяти. Нельзя Соне показывать своё состояние. Просто нельзя. Она потом ей объяснит, когда бунт в душе успокоится.
– Мы чуть раньше поедем, дочь. Игорь спит, давай не будем его будить, хорошо? Одевайся.
– Мам… Ну ещё полчасика…
– Нет! – резко ответила Наташа и тут же пожалела. – Солнышко, я хочу к нам домой успеть заехать перед школой, давай поторопимся… Пожалуйста.
Удивлённая поведением мамы, Соня все же поднялась и принялась одеваться. За что Наташа ей была благодарна. Ком стоял в горле, и она не знала, сможет ли и дальше спокойно разговаривать.
