– Говорят, как приедем в Чехословакию, то передадим другим делегатам, которые поедут в Советский Союз, чтобы они обязательно побывали в Сталинграде, зашли в нашу школу и послушали, как ты «Пастушка» поёшь. И к себе в гости пригласили. Понял? А ты убежал!
– Выдумываешь! – отмахнулся Шура, а сам сиял от радости.
– Знаешь, что мы сделаем? Я уже говорил тебе… Теперь я всё обдумал, – таинственно зашептал Юра. – Окончим с тобой школу отличниками, с золотыми медалями…
– С золотыми? – усомнился Шура.
– Я буду тебе помогать. Понял? Самое главное, тебе надо получить по письменному хоть одну пятёрку. А потом пойдёт легче. Потом вторую получишь, потом третью. Так и пойдёт… Вот мне сейчас не так уж трудно пятёрку получить. Выучу уроки как следует, и обязательно пятёрка. Мне вчера и Коля говорил, что всё равно Шуру отличником сделаем.
– Он уже занимался со мной, – сказал Шура. – Коля по русскому, как Мария Андреевна, всё знает.
– Он-то знает! Он такой, раз уж взялся за что, так сделает. Одному тебе, конечно, трудно, а вместе будет легко. Понял? А с золотыми медалями куда хочешь. Мы с тобой инженерами будем.
– А что будем делать?
– Гидростанции строить. Вон их сколько теперь и на Волге, и на Днепре. А ты думаешь, когда мы кончим учиться, негде строить будет? Я всё обдумал. Сейчас все народы за мир выступают. Все против войны. И скоро нигде капиталистов, поджигателей войны не будет. Тогда начнут везде гидростанции строить. И Африке, и в Индии… Я думаю, лучше всего нам поехать в Африку, потому что там негры. Им надо в первую очередь построить плотины и гидростанции, чтобы они лучше жили. У них там знаешь какая пустыня? Сахара!
– Там в Ниле крокодилы водятся, – заметил Шура.
– Их тогда всех переловят в зоопарки…
– Нет, лучше поедем в Индию, – предложил Шура.
– Почему в Индию?
– Там народ сейчас голодает… Вот почему.
– Можно и в Индию, – согласился Юра. – Там есть река Ганг.
Долго еще обсуждали ребята, в каких странах надо в первую очередь построить плотины и гидростанции. Расставаясь, Юра протянул товарищу руку.
– Ну, пока, – мужественно сказал он.
Первый раз в жизни пожали они друг другу руки. И получилось это очень интересно, словно они были уже не мальчишки, а настоящие мужчины, только что договорившиеся по очень важному вопросу.
На следующий день, на уроке русского языка, Мария Андреевна раздавала тетради с диктантом. Шура посмотрел на свою работу и ахнул. Вся страница была в красных пометках. А внизу стояла единица.
– Вот это ошибок!.. – услышал Шура за спиной чей-то шёпот, и быстро закрыл тетрадь.
Мария Андреевна сказала:
– Да, Шура очень плохо написал. Во время диктанта он сильно волновался, переправлял слова и наделал еще больше ошибок. Если бы он был внимательным, то мог бы написать лучше. Почерк у него хороший…
Как ни старалась Мария Андреевна приободрить Шуру, весь урок он просидел сам не свой. Всё думал о единице и о том, как быть ему теперь.
Что ж, пускай переводят, думал он. Но в третьем классе он всё равно не будет учиться. Это было твёрдо решено им.
После звонка он остался в классе, вырвал лист с диктантом из тетради, разорвал его на мелкие кусочки и выбросил в окно. Закружил ветер белые лепестки и понёс их вдоль улицы.
Ещё тяжелее стало на душе у Шуры. А тут забежали в класс ученики. Стасик, из соседнего класса, спросил у Вовы:
– Сколько у вас теперь учеников?
– Сорок один! – громко ответил Вова.
– Как же это сорок один? – удивился Стасик. – У вас же двадцать парт. Разве на одной парте трое сидят?
– Да, трое, – подтвердил Вова и, показывая в сторону Шуры, сказал: – На той парте сидят трое, два ученика и одна единица. Вот и, выходит, трое.
Шуру будто ветром сорвало с парты. Он подскочил Вове и ударил его.
– Вот тебе и вторая единица! – сердито крикнул он.
Вова чуть с ног не свалился. В одно мгновенье Вова и Шура сцепились. Ребята быстро окружили их. С трудом растащили. В это время в класс вошла Мария Андреевна.
– Вова и Шура, после уроков останетесь, – строго предупредила учительница.
Но как только прозвенел звонок и Мария Андреевна вышла из класса, Шура торопливо собрал книги и тоже направился к двери.
– Ты куда? Мария Андреевна не велел тебе уходить! – попробовал задержать его Юра. Но где там! Шура даже не оглянулся, промчался по лестнице и на улицу.
– От меня всё равно не убежишь! – крикнул вслед ему Юра.
Ученики волновались. Уроки кончились, а домой никто не пошёл.
– Вот он какой, Шурка! – кричали друзья Вовы. – Ему Мария Андреевна велела остаться, а он убежал.
– У нас еще не было драк в классе!..
– И единиц! – выкрикнул Петя Галкин.
В самый разгар спора в класс вошла Мария Андреевна, а за ней Коля Чернов. Никогда еще ребята не видели учительницу такой взволнованной.
– Так, так, ребята… Отличились… – с укором сказала она.
В классе наступила тягостная тишина. Ученики виновато глядели на учительницу.
– Три года вели себя хорошо, – продолжала Мария Андреевна. – Всегда нас в пример другим ставили. А теперь? Как же дальше быть?
Востриков крикнул:
– Пусть Вова скажет, правильно сделал он или нет?!
