— Halt die Klappe!^1 — демон взвыл, когда острый каблук вонзился в его чешуйчатое плечо. Данте, не убирая оружия, бросился к двери, но, распахнув ее, оказался в совершенно пустом коридоре. Ни демонов, угрожающе щелкающих клешнями, ни Талии. Лампочки мерно раскачивались под потолком, пятна тусклого света плавали по глянцевой поверхности кафельных стен. Мужчина, зарычав, ударил кулаком по двери. Черт, черт, черт! Злость на себя, на демонов и на весь их гребанный ад полыхала в груди костром, жгла, ослепляла. Блондин задыхался от ярости и бессилия. Он ведь сам, буквально своими руками толкнул девчушку к ним в пасть! И теперь может лишь стоять и смотреть, как ее рвут на части… Данте вернулся в кабинет Берита. В воздухе все еще витал приторно – душный запах феромонов убитых граций.
Затылком ощущая внимательный взгляд Гейлавер, наемник подошел к экрану, мигающему полосками помех. Изображение было нечетким и расплывчатым, но блондин смог рассмотреть испуганное выражение лица Талии. Девочка скорчилась на полу, прижимаясь спиной к стене, ее руки сжимали пистолет. Она осторожно выглянула из своего укрытия. Демоны толпились примерно в паре метров от нее. Пальцы Данте сжались в кулаки, ногти впились в черную кожу перчаток.
— Прости, детка, — выдавил он. — Если бы я мог…
Сын Спарды ведь решил посветить свою жизнь уничтожению этих тварей, войне с Мундусом, защите людей… а переть на его руках будет кровь девчонки. Которая даже толком не пожила…
Талия споро перезарядила оружие. Патроны скоро кончатся, а демоны все пребывали. Охотник слышал напряженное сопение Берита и приглушенное покашливание Фриндесвайд, чувствовал, как от напряжения немеют руки. Одному из самых безпринципных и сексуальных наемников было невыносимо жаль эту синеволосую девчушку, таскающую оружие в одной сумке с конфетами. Глаза начали болеть, но блондин не мог отвести взгляд от моргающего экрана.
— Данте… — в хрипловатом голосе Гейл звучали бархатистые нотки.
— Отвяжись, — блондин передернул плечами, не оборачиваясь. Тяжелый вздох демонессы его нисколько не тронул.
Белое от ужаса лицо Талии исказило отчаяние, она принялась судорожно теребить кулон на длинной цепочке, висящий у нее на груди. Вдруг одним резким движением девушка сорвала его с шеи и, отшвырнув цепочку, зарядила поблескивающим цилиндриком пистолет.
— Твою ж мать… что?.. что же ты делаешь? — невольно вырвалось у охотника. Талия передернула затвор и прицелилась. Было видно, как сильно дрожат ее руки. Выстрел прозвучал неожиданно громко, эхом отразившись от стен. От неожиданности Данте отпрянул от монитора. В комнате ведь нет колонок…
Один из демонов рухнул, завертелся волчком, суча конечностями. Его собратья бросились к нему. К потолку фонтаном взлетели черные брызги крови.
— Фэ! — наемник скривился. — Они жрут друг друга!..
Талия вскочила на ноги и кинулась прочь. Синие волосы шлейфом развивались за ней. Демоны даже не заметили, что добыча убегает, их больше интересовал их окровавленный соплеменник. Но тут один из них поднял голову и увидел ускользающую жертву.
— Давай, детка, поднажми…
— Она не успеет, — просипел Берит, извиваясь под ногой равнодушной Фриндесвайд. — Еще никто и никогда от них не убегал!
— Гейл, крошка, напомни мне пристрелить его, как только все закончится, — блондин ухмыльнулся и подмигнул демонессе. Губы Гейлавер слегка дрогнули, однако она удержалась от улыбки.
Девочка бежала, не оборачиваясь. Камера крупным планом фиксировала ее лицо, превратившееся в маску страха, и клыкастую пасть демона. Данте повертел в руках Эбони и подбежал к дверям кабинета, которые тут же распахнулись, и Талия буквально влетела в объятия сына Спарды. Демон негодующе заверещал, но один меткий выстрел заставил его замолчать. Его отшвырнуло в сторону, долговязое тело дернулось и обратилось в песок.
Талию била крупная дрожь, она уткнулась носом в плечо Данте, пока он рассеянно гладил ее по волосам.
— Все… все кончилось, малютка, ты молодец. Серьезно! Быстро бегаешь, — он заглянул в ее бледное личико. — Все нормально?
— Д–да… — девочка сглотнула и кивнула. Из за расширенных от пережитого ужаса зрачков синие глаза казались черными. — Экст–трим, что…
Охотник рассмеялся.
— Становись наемником, и такой экстрим хоть каждый день ложками ешь, — обнимая обессиленную девушку за плечи, блондин расчехлил Мятежник. Что ж, пора вернуться к Бериту. Он, наверное, заждался…
***
