На пол с легким стуком упали два тела. И как она не догадалась? Гарри подошла и на ощупь сдернула мягкую, легкую прозрачную ткань. Мантия-невидимка из наследия Певереллов откликнулась, нагрелась, струясь жидким теплым шелком сквозь пальцы своей Повелительницы. Для Смерти нет времени и пространства.
— Мистер Блэк, мистер Поттер, потрудитесь объяснить, что вы делаете за пределами гостиной во время отбоя?
Расколдованные мальчишки сверлили ее недобрыми взглядами исподлобья.
— Хорошо, придется будить вашего декана, — закатила глаза Гарри, поднимаясь с колен. Мантию перекинула через сгиб локтя.
Лучший способ общения с гриффиндорцами — предоставить им худшую альтернативу. Мальчишки засопели, запыхтели, как ежики. Гарри задалась вопросом, неужели она сама так же вела себя в присутствии профессора Снейпа? Скорей всего, да. А если учитывать дар к чтению поверхностных мыслей дорогого преподавателя, то это еще сопровождалось и комментариями.
— Мы хотели посмотреть, куда Нюниус… то есть Снейп увел Эванс, — выдал Джеймс Поттер, поднимаясь и отряхивая штаны.
— Наверняка в какое-то свое змеиное логово потащил, — пробурчал Сириус.
— Странно слышать это от вас, молодые люди. Вы оба представители аристократии, а вы, мистер Блэк, еще и древнейшего и темного семейства. Все ваши предки учились на Слизерине.
— Я не они! — возмутился мальчишка. — Не желаю быть, как они. Я не темный.
— Конечно, как скажете, — безропотно кивнула Гарри. — Прошу за мной, вам пора возвращаться в гостиную факультета. Завтра я напишу письмо вашему отцу, мистер Поттер, попрошу разрешения оставить у себя Мантию-невидимку до конца учебного года. Чтобы у вас больше не возникало желаний нарушать правила и время отбоя, — парни запыхтели громче, но возразить не осмелились. — Заходите, молодые люди, — портрет отъехал в сторону. — А мисс Эванс, к вашему сведению, приходила на факультативные занятия по Истории магии.
Друзья захлопали глазами, такого ответа они явно не ожидали. Что угодно, вплоть до принесения девственниц в жертву, но никак не История магии.
Гарри улыбнулась, кивнула на прощание и закрыла за собой проход.
Мантия согревала руку, ласкалась, как давно соскучившийся друг. Женщина потерла глаза. Сегодня еще очень много дел: проверить эссе, написать письмо Карлусу Поттеру. Возможно, изъятие Мантии-невидимки на какое-то время отвлечет директора от Джеймса, и даст последнему шанс нормально обучаться.
Правда, зная характер неугомонных гриффиндорцев, она только выпросила себе отсрочку на год, не больше.
Приближалось время Рождества и, следовательно, полугодовых зачетов, контрольных проверок и предварительных итогов для родителей. По вечерам преподаватели в учительской закапывались в ведомости, составляли характеристики — в общем, усиленно скрипели перьями и мозгами. Меньше всего хлопот было у Когтеврана и Слизерина — ученики этих факультетов стабильно шли на Превосходно или Выше ожидаемого. На двух остальных факультетах разброс был куда шире.
— Итак, кто в этом году желает остаться в Хогвартсе? — Гарри собрала всех в гостиной Слизерина с традиционным, ежегодным опросником.
Студенты ответили отрицательно, единодушно, как один.
— Декан, Снейп, скорей всего, решит остаться, — заметил Яксли.
Гарри еще раз оглядела присутствующих, но не заметила знакомой черной макушки.
— Кстати, где сам мистер Снейп? — слизеринцы отрицательно помотали головами.
— Хорошо, когда вернется, позовите меня. Списки нужно подать заранее, — попросила женщина старост и вышла.
Неужели снова Блэк с Поттером отличились? Вот ведь неугомонные!
Неожиданно справа возле нее материализовался серебристый Патронус Минервы.
— Профессор Певерелл, прошу, зайдите в Больничное крыло.
Гарри зашипела сквозь зубы и стремительно направилась к выходу из подземелий, в который уже раз жалея, что в школе нельзя аппарировать.
— Что случилось, Минерва?
Слегка бледная профессор Макгонагалл повернулась к вошедшей Гарри и отошла в сторонку, открывая больничную койку. На ней лежал бессознательный Северус Снейп. Белый, как снег, он бы сливался по цвету с простынями, если бы не кажущиеся еще более черными волосы и ресницы, неожиданно густые для мальчика. С одной стороны возле него хлопотала мадам Помфри, вливая одно зелье за другим, массируя горло и шепча медицинские заклинания. С другой сидела Лили Эванс, перепуганная, с красными, заплаканными глазами. Она держала вялую руку друга и беспрестанно хлюпала носом, кончик которого тоже покраснел.
— Мистеру Снейпу стало плохо полчаса назад, когда они с мисс Эванс возвращались из библиотеки, где выполняли домашнее задание. Мисс Эванс сразу же позвала меня, — Лили закивала и всхлипнула.
— Не стоит плакать, мисс Эванс, все закончилось, — Гарри подошла поближе. — Мистер Снейп в надежных руках, мадам Помфри отличный специалист. И… пять баллов Гриффиндору за правильную и своевременную реакцию.
Девочка снова всхлипнула, медиковедьма распрямилась.
