Студенты стали предлагать варианты, как можно ограничить маглорожденных. Гарри наблюдала за ними с насмешкой. По всему выходило, либо таких волшебников принимают в магический мир, либо они уходят в обычный и становятся, например, солдатами специальных служб. Ни для кого не секрет, что королевская семья с радостью принимает магов в отдел особых операций. Но для слизеринцев это стало новостью. В таком свете идеи Лорда уже не казались такими рациональными. Ведь это будет колоссальная утечка информации, нарушение Статута, рассекречивание мира волшебников. Которых гораздо, гораздо меньше. А всем известно, как люди ненавидят что-то, отличающееся от них. Гарри спокойно, с выдержками из учебников психологии, объяснила им, почему магов постараются уничтожить или ограничить в своих правах те же люди. Да, волшебник способен справиться в открытом противостоянии с одним маглом, с двумя, да пусть даже с двумя десятками, но если они вооружены? Если у них есть защита? Если их целая армия? Волшебников снова, как во времена Инквизиции, загонят в свои норы, заставят прятаться.
Газетные вырезки, которые Гарри собирала еще с начала года, готовясь к подобным разговорам, о Хиросиме, бомбежке Лондона, последних оружейных изобретениях стали для волшебников ужасающим откровением.
— Поэтому Министерство Магии предпочитает сотрудничать с Министерством магловского мира. Мы полезны друг другу, кто как ни слизеринцы могут признать это. У большинства из вас, у семей, есть предприятия, бизнес, магазины. Неужели там работают только и исключительно маги?
— Нет, — Белла покачала головой. — У нас есть предприятие по производству шерстяных изделий. Там… там только один маг — управляющий.
— Об этом я и говорю, — удовлетворенно кивнула Гарри. — Мы экономически тоже зависим от маглов, они сотрудничают с нами. Все взаимосвязано. На сегодня достаточно, — она взглянула на часы на поясе. — Следующий факультатив через неделю. В то же время, здесь же. Предлагаю обдумать варианты, как рационально и безвредно для магического мира исполнить цели вашего лорда Волдеморта. Ведь как-то же он предполагал изгнать всех маглорожденных.
Слизеринцы расходились задумчивые, нет, скорее, озадаченные. Родители не поднимали с ними столь серьезные темы, многого не говорили. Разгоралось желание доказать декану свою правоту, убедить, что можно жить и без вливания маглов в волшебный мир.
— Кхм-кхм.
Гарри подняла голову от заполнения документации по факультативу. Кабинет опустел, остался один только Люциус Малфой.
— Вы что-то хотели, мистер Малфой?
— Да, декан. Я желаю спросить, какие цели может преследовать глава теперь уже аристократического рода, такого древнего, как Певереллы? Магия не признала бы вас, не будь вы чистокровной в энном поколении.
Гарри откинулась на спинку стула. Нравился ей этот пронырливый хитрец, вот определенно нравился. Возможно, что-то и выйдет из этой затеи.
— Мистер Малфой, я не лгала в первый день, когда говорила, что являюсь полукровкой. Отец из древнего рода, потомок Певереллов, а мать — маглорожденная. Кроме нее в семье не было больше волшебников.
— И вы правда считаете, что мир волшебников не сможет прожить без маглорожденных?
— Как знать. Но подумайте вот о чем, мистер Малфой. Бизнес и выгода близки вам, стремление к последнему у вас в крови, — парень усмехнулся, но величественно кивнул. — Если все не-чистокровные решат уйти и заберут все свои патенты, изобретения, рецепты и так далее, что останется вам?
Малфой задумчиво кивнул, давая понять, что направление мысли уловил. Попрощался и вышел, озадаченный даже больше остальных. Гарри с улыбкой посмотрела ему вслед. И кто назвал слизеринцев главными манипуляторами? Право слово, временами они такие милые.
— Ты затронула опасную тему, Гарри, — покачал головой Сметвик.
В выходные Певерелл все же выбралась из Хогвартса на пару часов, оставив факультет на старост и остальных деканов. Должен же и у нее быть отдых, хотя бы изредка. За мальчика, способного пострадать от мстительной натуры Беллы, она не волновалась. Слизеринцы знали, что самоуправства декан не простит, виновных вычислит все равно.
Да и заняты они были, сверх всякой меры. Поэтому Гарри со спокойной душой отправилась в Лондон на встречу с другом. Они прогулялись в парке и обосновались в любимом кафе Гарри, улыбчивая Мия тут же принесла булочки, горячий шоколад. Несмотря на приближающееся Рождество, снега все еще не было, солнце пряталось за низкими, плотными серыми тучами, а на открытых участках улиц дул пронзительный, острый ветер. От него горели щеки, быстро замерзали, даже в перчатках, пальцы. Он пробирался под одежду, гулял по горячим плечам, пуская толпы мурашек.
— Директору может это не понравиться. И что скажут родители?
