У костра парней ожидал сюрприз – пока непонятно, приятный или нет. Очнувшийся тваребожец неестественно прямо сидел на лапнике, поджав под себя ноги, и диковато озирался по сторонам, похоже, как раз пытаясь сообразить, где он, а заодно и кто. Загадочная татуировка казалась перекинутой через плечо лозой; Джай мог поклясться, что она развернула листики к солнцу, как настоящее растение. За ночь жрец сильно осунулся, синяки почернели, а обожженные запястья опухли и покрылись мокнущей коркой. Высохшие, но не расчесанные волосы довершали плачевную картину.
– Выспался? – насмешливо поинтересовался горец, отделяя от стопки и бросая мужчине одно из одеял. Оно мягко шлепнуло жреца по груди и сползло на колени, тот даже не попытался его подхватить. – Накинь вот.
Тваребожец перевел взгляд на одеяло и обратно, так и не шелохнувшись.
– Хэй! – ЭрТар прищелкнул пальцами. – Ты нас понимаешь?
– Нет.
– Но ты же должен был понять вопрос, чтобы ответить, – вкрадчиво намекнул обережник.
– Я понял вопрос. Я не понимаю вас, – уточнил жрец. – Вы что, сумасшедшие?
– Чего?! – оторопел Джай. – На себя посмотри!
Тот послушно опустил глаза. Зрелище, видимо, оказалось интересным, потому что вдумчивое изучение затянулось надолго.
– Ладно, мужик, хорош придуриваться! – вынужден был напомнить о себе обережник. – Давай выкладывай нам все, что знаешь, а не то...
Тваребожец затравленно сощурился и начал приподниматься, но оба парня мгновенно вскинули на него мыслестрелы.
– Но-но, не так быстро! Один раз попали – и второй не промахнемся! – Джай отчаянно жалел, что не поделился с «сорокой» тремя оставшимися у него стрелками.
– Или это твой брат был? – уточнил ЭрТар. Стрелять в безоружного он все равно бы не стал, так что ничуть по вышеозначенному поводу не переживал.
Жрец осел обратно на дерюгу и зябко ссутулился.
– Я.
– Так ты все-таки морун?! – Рука у Джая дрогнула.
– Нет. Я живой. Отпустите меня.
ЭрТару подумалось, что сейчас тваребожец здорово напоминает одичавшую собаку, которая лютой зимней стужей вышла к костру погреться, но не ждет от людей ничего хорошего и почти разучилась вилять хвостом.
– Чтобы ты опять куда-нибудь провалился?
– Я слишком устал. Отвык рассчитывать силы. – Жрец начал потихоньку втягиваться в разговор и заодно реальный мир, в глазах мелькнул слабый проблеск интереса: – Это вы меня вытащили?
– Нет, Двуединый лично за тобой лазил! – ругнулся белобрысый. – Не хочешь нам что-нибудь за это сказать?
– Я уже сказал.
– Что?
– Что вы сумасшедшие, – с убийственной уверенностью повторил тваребожец.
– Ну спасибо!
– Да, и спасибо вам. – Жрец недоуменно посмотрел на тихо звереющего обережника, потом на ухмыляющегося горца. – Но зачем вы это сделали? Если вас поймают рядом со мной, то не просто убьют, а отдадут дхэрам для «вразумления».
– Мы этого не знали, – честно сказал Джай.
– Пусть сначала поймают! – презрительно бросил ЭрТар.
– Еще не поздно разойтись. – Мужчина снова попытался встать, но горец на сей раз по-простому схватил его за лодыжку и дернул, заставив плюхнуться назад.
– Верно, даже слишком рано. В какую крапиву тебя гадки тащат?
Седой тоскливо уставился мимо его плеча на восток. Как бы впечатляюще жрец не размахивал тенями в храме, сейчас он то ли не мог, то ли не хотел применять силу. Чем осмелевшие парни беззастенчиво и пользовались.
– Я должен найти Госпожу и укрыть ее от дхэров.
– Чтобы она выросла и уничтожила наш мир? – скептически уточнил Джай.
– Чтобы она его спасла.
– Храмовники считают по-другому.
– Ты им веришь? – устало, не надеясь и уже даже не желая кого-либо переубедить, поинтересовался жрец.
Услышь Джай этот вопрос позавчера, он бы без колебаний скрестил руки на груди в знак нерушимой преданности Иггру. Но за последние два дня Двуединый крепко подмочил свою репутацию.
– Ну тогда и мы ее, того… тоже поищем!
Тваребожец вздрогнул и так резко повернулся к обережнику, словно тот ткнул в него колючкой. Причем отравленной: зрачки мужчины тут же расползлись во всю радужку.
– Зачем?
– Хотим поглядеть, что ж это за не-Тварь такая.
– Зачем?!
– Интересно, – честно сказал горец.
– Я – представитель закона и обязан не просто карать за преступления, но пресекать их в зародыше! – пафосно процитировал Джай Хорва. – В данном случае истцы утверждают одно, ответчик – другое, а поскольку обе стороны не представляются мне внушающими доверия, я должен провести тщательное расследование. И если я увижу, что действия твоей секты могут нанести вред невинным людям…
– То ты думаешь, что сможешь мне помешать?!!
– Постараюсь, – важно подтвердил обережник.
– И что я тебя вот так просто с собой возьму?!!!
– Ну да. Тебе ведь тоже выгодно, чтобы истина восторжествовала, верно?
– А я буду третьей независимой стороной! – со смешком предложил горец. – Которая все видит и дает умные советы, а в случае нужды – и по шее.
Джаю показалось, что жрец и сам вполне может надавать по шеям, причем сразу двоим и немедленно.
ЭрТару – что сейчас он снова развеется по ветру.
Мужчина поднял руки… уткнулся в них лицом и истерически захохотал, раскачиваясь взад-вперед.
