Стандартным для "Аварийного Комплекса" содержимым являются следующие материалы и имущество:
1) одно портативное устройство для синтеза углеродных информонитей в репликационном режиме или с использованием внешних источников информации типа "ИНУ — 79", "ИНУ(п) — П", "Иней — 2" или "Иваново";
2) одну портативную ВМ типа "УС(п) — 15", "УС(п) — 25", "УС(п) — 35" или "Фотон — П" с унифицированным программным обеспечением;
3) один портативный ЭХГ типа "ГП — 50";
4) один набор оптических носителей информации с записью последовательностей ИНУ для основных изделий и устройств,
5) один набор маркированных ИНУ согласно "Перечню…" ("Приложение 8"),
6) четыре герметических, упакованных в заводских условиях емкости с МС, наборы типа "ФЗ — 1", "ФЗ — М" или "ФЗ — Н"."
— Эй, батыр, — невысокий, полный азиат растянул рот в широчайшей улыбке, причем глаза его, наоборот, превратились в совершенные уже щелочки, — продай зверя. Хорошо заплачу. Тебе — баловство одно, а мне цхе, — он поцокал языком, заводя глаза, — шибко надо барашка пасти.
— Прости, товарищ, — не продается. Казенная вещь.
— Вах, жалко, — улыбка кочевника завяла нежной розой, и он с видимым сожалением похлопал "Сольпугу" по теплому боку, — сильно нужный вещь. Скажи где брал?
— Военная машина. Брак. Вряд ли там еще есть.
— Номер пиши, — азиат полез куда-то под полу своей темной от органичной грязи рукой и достал оттуда черный, шершавый "комбат", — с военными говори, по рукам ударишь, — звонить будешь. Меня Мухали зовут, Боорчи фамилия, в степи все знают… А то продай?
— Вот что, — мне по осени шибко далеко уезжать надо, скакун вовсе без надобности будет, так я тебе первому продам, — лады?
— Врешь поди?
— Обижаешь. Мое слово — свято. Если охота не пропадет, — тебе первому сторгую.
— Не пропадет. Если раньше добуду, — так вторая будет…
Два молодых человека, которых так и хотелось назвать нукерами, как положено, — в кожухах и малахаях, — как положено, показывающих превосходные зубы в по-волчьи добродушных улыбках, ждали патрона неподалеку. Под ними, вместо классических кочевничьих лошадок, едва слышно шипели два жутких мотоцикла здешнего образца, и видно было, что это не абы какие машины. На третий, попрощавшись и окинув "Сольпугу" предельно деловитым взглядом, сел сам Мухали.
Пыль ударила тремя фонтанами, раздался свист и шипение впору какому-нибудь Соловью Разбойнику, и троица стремглав унеслась прочь, туда, где вроде бы ничего и не было кроме степного горизонта.
— Чего это от тебя степняк-то хотел?
— Все того же. Такое впечатление, что я не транспорт себе купил, а липкую приманку для мух. Видел такие в детстве?
— Геморрой ты себе купил. На всю задницу и до скончания времен. Это все равно, что на какой-нибудь там Мисс Европа жениться. И ты того… поосторожнее как-нибудь с батырами.
— А что такое?
— Да ничего особенного. Просто новации последнего времени пришлись кочевникам исключительно в жилу. Вдруг оказалось, что они в новых условиях, — как рыба в воде. Теперь-то все понятно, и кажется, что по-другому и быть-то не могло… Вот только ясно это стало потом, а вот до никто ничего подобного как всегда не ожидал. Почему-то. Как всегда.
— Ну?!
— Опять-таки ничего конкретного. Просто один интересный человек, его Лев Николаевич зовут, как Толстого, любит повторять, что степь способна ждать веками и тысячелетиями, притворяясь, что ее и вовсе нет. И всегда дожидается.
— Скотовод, ваш тон библейского пророка начинает меня утомлять. По-моему это чистой воды попытка с многозначительной миной облить конкурентов грязью.
— Мое дело предупредить, а там — как знаешь.
Хорошо зная русский, и, — как он надеялся, — неплохо русских, Островитянин русским ни в коем случае не являлся. Не только по происхождению, но и ни по каким меркам вообще. Хотя, на первый взгляд, разница в поведении может показаться незначительной и исчезающе-тонкой. Пример: русский, усомнившись, — послал бы, и уж, по крайней мере, послав, — махнул бы рукой. Островитянин, усомнившись, — все-таки услышал, а, послав, — все-таки принял к сведению.
