Майкл как-то вяловато подумал, что тут имеет место довольно характерный феномен: он обратился к шоферу на чистом русском языке, только в последний момент обеспокоившись тем, чтобы придать ему некоторую халтурную видимость гортанно-картавого акцента, но тот все равно норовил объясняться с ним при помощи единичных иностранных слов, отдельных жестов, и почему-то искаженного русского. При этом, параллельно с абстрактными размышлениями такого рода, он вполне отчетливо понимал, что данное обстоятельство должно тревожить его примерно в последнюю очередь: дело в том, что в данном случае он, как и следовало ожидать после всего того, что он успел повидать… за неполные два дня?!! - имел честь лицезреть не тот двигатель. Наверное – гут. Вполне возможно, что: "карош". Не исключено даже, что вообще классный, – но не тот. Не имеющий никакого отношения к родному и вообще к сколько-нибудь немецкому. Даже отдаленно не похожий ни на что из того, что он столь усердно изучал побольше месяца. А кроме того, было вовсе непонятно, – как вообще он был изготовлен. В конце концов. Потом, как во сне, когда начинаешь пристально приглядываться к чему-нибудь, в этом "чем-то" непременно начинают всплывать все новые подробности во все нарастающем числе, так что под конец и не узнаешь, с чего все началось. Покрышки серого цвета с более, чем подозрительной маркой, отчетливо оттиснутой сбоку. То, что в данной конструкции заменяло провода. И прочее по мелочи.
– О-о-о, – опомнившись, он отреставрировал улыбку, – да. Я… предлагаю говорит по-русски, поскольку мне нужно как это? А, практика. Корошё?
– Гут.
Брат Джерри достал записную книжку.
– Я предлагаю… перечислить наиболее частый поломки за истекший год, за перьвий месяц после приемки, и за последний триместр отдельно.
– О чем говоришь, друг, – водила опять ляпнул его по плечу корявой лапой, – какие поломки? Это ж такая вещь! Веришь – нет, – ни разу лезть не пришлось! Не то, что ломаться, а – хоть масло не меняй. Одно слово – Германия. Фирма!
– Ви не разрешите мне побыть… за пассажир? Я не буду отвлекать!
– Братан – о чем разговор?
Человек с железными зубами повернул ключ, откуда-то снизу послышалось легкое шипение, а потом фальшивый, как семирублевая монета, как улыбка американского проповедника, как румянец старой шлюхи, "Магирус" прыгнул вперед. Очевидно, – механизм показал далеко не все, на что он способен, но и при этом приемистость его оказалась более, чем приличной. Майкл Брайан Спенсер еле успел ухватиться за ручку, предусмотренную заботливыми изготовителями в расчете на пресловутые русские ухабы, но вот ухабов-то на этой дороге по странному совпадению как раз и не было. Ни единого. Роль добывающего агента для него была в новинку, и, наверное, именно по этой причине, – да еще по привычке цивилизованного человека, – он не вот еще, не сразу догадался обратить внимание на такую саму собой разумеющуюся вещь, как приличная дорога, но потом, словно опомнившись, сделал это. Ничего такого особенного, – две восьмиметровых полосы, вымощенных тщательно подогнанными друг к другу новехонькими серыми плитами без малейших следов износа. Насколько он разбирался в геологии – это был просто-напросто тот же самый базальт. Кое-где, обозначенные столбиками в форме усеченных пирамид, от дороги уходили ответвления, частью – тут же нырявшие между холмов. Но там, где холмы расступались, открывая вид на обширную равнину, упиравшуюся в еле видный отсюда лес, – они вели к постройкам в два-три этажа, самым разнообразным, по большей части двух-трехобъемным, под невысокими двускатными крышами, либо похожим на прямоугольные башни, едва заметно сужавшиеся кверху, а иные – казались наборами кубиков из гигантского детского конструктора. Полосы какой-то зелени, тянущиеся, казалось, до самого горизонта, бесконечные теплицы, ориентированные перпендикулярно шоссе. Кое-где виднелась яркая листва молодых деревьев, но по-настоящему больших древес не было, и с первого же взгляда становилось видно, что это – еще совсем-совсем новое место. Не отрываясь взгляда от дороги, шофер осведомился:
– А тебе, вообще-то, – куда?
Майкл в ответ махнул четырьмя пальчиками правой руки, что, по его разумению, должно было выглядеть достаточно по-иностранному.
– А! Не обращать внимания. Езжайт, куда надо. Меня должны забирайт из любого места. Условия контракт, яволь?
– Ну, смотри! Мне, вообще-то, неблизко. Не знаю, как ты оттуда.
– Расходы обеспечиваться прямо сразу, без бюрократи…
– Тогда без проблем. Вдвоем оно веселее.
