– Так столичная промышленность, батенька. Глаз да глаз. Вашими, в том числе, молитвами… Он – копнул, ахнул, – и ко мне. Так и так, мол, надо встретиться. Нет, по телефону нельзя, надо б лично. Лично – так лично, глянул – так ахать настал уже мой черед. Он такого накопал по Южному Уралу, Алтаю, ЦЧО и ЦПП, что у меня в глазах потемнело. Вылил себе на голову ведро холодной воды, вспомнил, чему учили по стратегическому анализу, тряхнул стариной. Чего там было у этого м-мудака, прости господи, – думал, наверное, что папаху за это получит, – я тебе говорить, прости, не буду, а резюме из своих раскопок – приведу-у: интересно, что ты на это скажешь. К примеру – иссяк металлолом. Нету! Мартенам перестало хватать. На Нижне-Пилюйском чугунолитейном, который в свое время, очевидно, на нервной почве построили, так, что не все отливки вывозят, а часть – прямо тут закапывают, потому что – вывезти не на чем, и вообще… На хрен они никому не нужны. Так вот, приехали туда купцы, с-скупили все похоронки, погрузили – и вывезли. Никакого криминала: сбезналичили, деньги в банке, накладные… Уроды эти, вечно непросыхающие, – рады-радехоньки. Никто не удосужился глянуть, ни какие номера на грузовиках, ни откуда…
– Ну?!
– Деньги – налицо, а накладные – пфт… Разбираться, копать, – сам понимаешь, не в моих интересах. Цветной лом – и не ищи, бесполезно. Кладбища техники, – у каждого уважающего себя колхоза есть, знаешь? – опустели! Приехали, говорят, какие-то шабашники, заплатили, погрузили, – и, соответственно, шабаш…
– Разумеется, за границу не уплыли?
– Ты так даже не шути. Понял? Разумеется – нет.
– Это все? – С каменным лицом осведомился Сережа. – Больше ничего?
– Скупили все старые, древние и разбитые автомобили. Любых марок. И набралось всего этого добра столько, что – на Урале кое-где заметно больше машин стало… Руда кому-то понадобилась! Налево руда пошла! Полиметаллическая. Но это, понятно, под вопросом. У нас от прежних времен остались такие места, в которых пролетарии уже позабыли, на каком свете-то живут… Ну, а раз машины, то, значит, что?
Григорий Фролович хитро прищурился, одновременно ловко плеснув вообще-то "КВВК", – но зато из "огнетушителя" и, натурально, – в граненые стаканы.
– Не знаю. Сдаюсь. У тебя вон времени было сколько, чтоб стариной стряхнуть… Или встряхнуть? А ты хочешь, чтоб я тебе прямо сразу сказал. Мы же люди простые, стратегическому анализу, – он махнул свою порцию так, как и надлежит пить "Белое Крепкое", – не обученные. Ваших комитетских академиев не кончали.
Он действительно не кончал "комитетских академиев". Он просто-напросто закончил с отличием "кремлевку", в которую попал не без протекции, но отнюдь не только по протекции. Собеседник об этом отлично знал, а он – знал, что тот знает, но таковы уж были правила игры. Поэтому он сделал вид, что не слышит ернической ремарки собеседника, и просто-напросто продолжил:
– А это значит, что должны вдруг, "на ура" пойти дома в пригородах, а цены на них – соответственно вырасти. Что и подтверждается в действительности для целого ряда областей. И без того наиболее подозрительных. Там же, или почти там же, – отмечается отток работников с ряда промышленных предприятий… на которых с определенных пор отмечаются трудности. Не знаешь, по какой причине? Нет? Ну ладно… Такой отток, что уже отмечается нехватка рабочей силы. Тем более, что уходят-то не худшие. Нет-нет, никакой массовой тенденции. Но не массовая тенденция – существует вполне достоверно. Что скажешь?
– Что было в папке этого коллекционера?
– Увы! Такого рода помощи я тебе, сам понимаешь… Намекну только, что там почти исключительно описываются разного рода товары, неизвестных фирм и очень, очень высокого качества. Это – мягко говоря, что высокого, потому что на самом деле в некоторых случаях аналогий просто нет и, соответственно, не с чем сравнивать. Как нет, судя по всему, и этих самых неизвестных фирм. Так что не мешало б вам самим почесаться. В том числе – этому вашему п-печальнику о бедах народных, Гаряеву. Пусть, элементарно, по рынкам походит, поглядит, чем торгуют на простых советских толкучках в наше непростое время. Причем что характерно, – в вашем Курчино, как и близь других ваших нарочитых вотчин, – ниче-ем подобным не торгуют! Совсем! Проявляя массовую сознательную дисциплину. Как и нету ничего, право слово… Зато сунься в ту же Башкирскую глубинку, – так найде-ошь, на что посмотреть. Вопросы есть?
– Есть. Что конкретно было в папке претендента на папаху?
Григорий издал странный звук, в его исполнении обозначавший крайнее нетерпение, но сдержался.
– Какие-нибудь другие вопросы – есть?
– Ты еще не ответил на этот. Ну ладно, ладно, – насколько ты наврал?
– Э-э-э… Основное, общая картина – правдива. Есть искажения по мелочам, исключительно с целью скрыть источники информации.
