– Остановись, и мы посмотрим.
– Нет, – отрезал он, но тут же добавил: – Если я слезу с лошади, может не хватить сил снова вскочить в седло.
Это означало, что рана тяжелая. Волна страха оглушила Макс.
– Может, вернуться на ранчо? Это займет несколько минут, а там наверняка есть кровать. Тебе нужно лечь!
– Нет. Мне нужно добраться до города, так что перестань донимать меня своей болтовней и продолжай ехать.
С этими словами он пустил коня в галоп и обогнал ее. Если он так упрямо стремится попасть в город, то рана действительно тяжелая и ему нужен доктор. Но до города больше дня езды. Выдержит ли он такое? Нет, если рана все еще кровоточит.
Когда Диган снова придержал коня, уже не держался в седле так прямо. Ее сердце сбилось с ритма, когда он едва покачнулся.
– Надеюсь, ты не собираешься терять сознание? – резко спросила Макс. Ответом послужил злобный взгляд, поэтому она поспешно пояснила: – Я имею в виду, упасть в обморок.
– Если и упаду, ты сможешь вернуться в город, верно?
– Да, но я не оставлю тебя одного, так что даже не…
– У тебя может не остаться выбора, – перебил он.
Паника снова поднялась в ней. Он не может быть ранен серьезно! Не Диган! И чем она может помочь ему? Раньше ей никогда не приходилось иметь дело с пулевыми ранениями, только с царапинами и синяками, и даже тогда с ней была бабушка с полным арсеналом мазей и лекарств на все случаи жизни. И бабушкины знания! Бабушка умела лечить все!
– Этот траппер Артемус Гейнс может нам помочь, – в отчаянии выпалила она. – Вынет пулю. У него наверняка есть какие-то средства на крайний случай, хоть что-нибудь, чтобы облегчить боль.
– Кто сказал, что мне больно?
– А это не так?
– Больше не больно.
Она не знала, хорошая ли это новость или ужасная. Но полагала, что лачуга траппера примерно в часе езды, к тому же она была по пути в город. Диган наверняка сможет одолеть это расстояние. И конечно, согласится остановиться там.
Через полчаса он снова покачнулся, и на этот раз так сильно, что Макс испугалась: возможно, он уже без сознания.
– Диган!
– Что? – проворчал он.
– Я думала, ты… не важно.
– Начинай трещать снова, Макс.
– Мы почти добрались до траппера. Не падай с лошади, черт возьми.
Она задала ему с десяток других вопросов, любых, лишь бы дождаться ответа, и рычала на него, когда он реагировал недостаточно быстро. Но каждый раз, когда его качало то влево, то вправо, ее сердце замирало снова и снова. Она не сможет помешать ему упасть, но знала; если он упадет, то в таком состоянии может сильно разбиться.
– Держись, Диган, – лихорадочно пробормотала она. – Лачуга уже видна. Еще чуть-чуть и теряй сознание, если захочешь.
– Я не… потеряю сознания.
Он оставался в седле ровно столько, чтобы добраться до лачуги. К этому времени он уже почти лежал на шее коня. Макс быстро спешилась и заорала:
– Мистер Гейнс! Мне нужна помощь!
Открылась дверь – но в ней оказался Джексон Баучер. Он молча подошел к Дигану, стащил его с лошади и, внеся внутрь, уложил на кровать траппера. Диган застонал от боли. Макс оттолкнула Джексона и зашипела:
– Не мог быть помягче?!
Джексон пожал плечами:
– Он едва… он почти терял сознание.
Она вгляделась в Дигана. Джексон был прав. Грант был в глубоком обмороке. И теперь она наконец увидела кровь: вся левая сторона жилета и брюки были пропитаны ею. Она схватила одно из одеял Артемуса и подложила под Дигана, чтобы оно хоть немного впитало багровую жидкость. Она повернулась к Джексону – тот протягивал ей небольшой кисет.
– Это поможет вылечить рану. Старый индейский рецепт от моей бабушки, одной из двух женщин, которых выменял дед, когда приехал из Канады.
– Меня не интересует история твоей семьи.
– Оно вытягивает яды, – пояснил Джексон.
– Диган не отравлен.
Он снова пожал плечами:
– Бабка сказала, что оно и воспаление снимет.
Макс не взяла кисет, потому что не доверяла Джексону. Она была зла на него, ведь Диган мог бы остаться целым, если бы Баучер не сбежал, как трус.
– Где траппер? – спросила она.
Джексон бросил кисет в изножье узкой кровати.
– Арти отправился в город, как только я вернулся. Возможно, пробудет там неделю или больше.
Она кивком показала на дверь.
– Можешь тоже убираться. Я сама прослежу за его хозяйством.
– Я обещал…
Она выхватила пистолет и прицелилась:
– Вон! Твои дружки мертвы.
Он забрал свои вещи, прежде чем сказать:
– Они мне не друзья.
– Но ты работал на них, не так ли?
Это был риторический вопрос, но он пожал плечами:
– Они хорошо платили. Я не хотел вечно спасаться бегством, расплачиваясь за сделанную ради денег глупость.
Макс подняла брови:
– И ты надеялся, что Диган решит эту проблему за тебя?
– А разве он не решил?
– Ты мог бы помочь.
– Я не убиваю людей. Ни плохих, ни хороших. Никогда не убивал и не буду.
– А спасать не пробовал? Ему нужен доктор. Есть тут доктор ближе, чем в Бисмарке?
– Нет. Он и не протянет долго, если будет ждать доктора. Даже если тот сейчас в городе.
Стоило ли спрашивать, если этому человеку все равно нельзя довериться?
– Уезжай. Я не выдам твою тайну. А Диган охотился только на Нолана, так что ему все равно.
– Едем со мной.
