— С чего ты взяла… — прошептал он. — Откуда ты, это…
— Вспомнила! — перебила я. — Представляешь, я всё-таки это вспомнила! И теперь я хочу кое-что услышать от тебя!
— Но…
— Никаких «но», папа! Каким бы страшным и горьким это ни было, ты должен мне рассказать.
Впоследствии я поняла, что, произнеся эти слова, я совершила большую ошибку. Но это произошло потом. А сейчас я внимательно наблюдала за ним и видела, как цвет его лица меняется на глазах.
— Ты не МОГЛА этого вспомнить, — спокойно произнёс он. — Потому что НИКАКОЙ улицы Звезды просто НИКОГДА и НИГДЕ не существовало.
Анализируя вчерашний день, я постоянно ругаю себя за несообразительность и проклинаю за несдержанность. Несомненно, в названии увиденной во сне улицы крылась тайна, и я находилась от неё в двух шагах. Но неправильно поставленный вопрос дал моему отцу передышку для того, чтобы взять себя в руки. А потом, сколько я ни старалась вернуться к этой теме, он всякий раз умело отводил разговор в сторону, мотивируя, что мне все это привиделось во сне.
В итоге я посчитала, что вчерашний день прожит зря. Правда, одно всё-таки утешало — в пылу разговора я совершенно забыла про муравьев и, как выяснилось впоследствии, они тоже забыли про меня. Получилось это само собой или мне всё-таки удалось с ними справиться, я так и не поняла.
К сожалению, я не узнала ничего нового об этой злосчастной улице Звезды. Я хотела поверить своему отцу, но не могла — слишком явным было моё видение. Выходит он умышленно это скрывает.
Серое осеннее утро тянулось и тянулось. Даже Полли, появившаяся как обычно, не смогла внести в него разнообразия. На её вопросы я отвечала так вяло, что, в конце концов, она была вынуждена уйти.
Оставшись одна, я подошла к окну. Погода сегодня была сухая, но хмурая, деревья почти потеряли листву, их голые ветви напоминали скрюченные паучьи лапы. Одно такое дерево росло довольно близко от окна, и с каждым порывом ветра его сучья стучались в стекло. И каждый раз меня невольно посещала мысль, что это некий злой демон тянет ко мне омертвевшие высохшие пальцы.
«Всё время так, — тоскливо подумала я. — Кто-то постоянно хочет за мной прийти».
В тот момент я не знала. Просто почувствовала, что в глубине сознания появился маленький просвет, который натолкнул меня на подобные воспоминания. Оно появилось не в образе мысли, но в виде картинки.
Я увидела большую равнину, покрытую серой высохшей травой, сама же я находилась меж истощённых кривых деревьев, похожих на большие зубы неведомого чудовища. Я бродила среди них, прикасалась к перекошенным стволам, гладила потрескавшуюся шершавую кору. И знала, что мой дом находится неподалёку. Я — ужасная трусиха и никогда бы не решилась забрести в такую глушь одна, находясь она так далеко. К тому же эти избитые временем и измученные непогодой деревья показались мне родными.
Где же это могло быть? Уж никак не на улице Звезды, там мой дом окружала буйная растительность. Значит, эти деревья находились рядом с нашим загородным особняком.
Николас! Каким он был в моей жизни? Любила ли я его когда-нибудь? Папа рассказывал, что он постоянно дарил мне цветы, значит, он меня любил. Наверное, и я отвечала ему тем же, мне кажется, я не смогла бы жить с нелюбимым человеком.
От этой мысли мне стало не по себе. Как я могла не заметить такое? Неужели появление отца и отсутствие сиделки как-то связаны?
Я машинально начала чертить пальцем на запотевшем стекле.
Постарайся взять себя в руки, Джина, попробуй хотя бы ненадолго привести мысли в порядок!
Итак, вместо Полли в палату вошёл мой отец. Да, я ещё не видела входящего и поздоровалась с сиделкой! А потом? Потом состоялся небольшой разговор, как будто ни о чём, и после него память вновь вернулась ко мне на короткое время. Словно я просматривала свои ранние фотографии. И тот снимок моей свадьбы, на нем я так удачно вышла! Платье было такое красивое… Но вот жених… Опять, как назло, я не видела его лица!
Почему-то перед глазами все время стоит отец. Почему? Вполне логичное объяснение — именно он постоянно находится рядом…
Нет, всё не то…
Такие ассоциации вовсе не потому, что он сидел напротив меня. Что-то было ещё, такое, что временно вернуло мне память! Когда это произошло? Похоже, как раз во время нашего короткого разговора…
Я негромко застонала и стиснула зубы. Мой палец устал выводить на стекле замысловатые закорючки, опустился ниже и начал рисовать что-то другое, уже более неторопливо.
Почему, ну почему я увидела эти фотографии? Что мог отец мне такого сказать? Или он что-нибудь сделал?
Стоп!
Я почувствовала, как напряглись все мышцы. Я почувствовала, как по телу пробежала волнительная дрожь. Я почувствовала, как губы отца прикасаются к уголку моего рта.
Этот поцелуй не был поцелуем мужчины, который был мне отцом.
Этот поцелуй не был поцелуем человека, который любил меня, как дочь.
