- Я не против…, - прохлюпала носом Мария. – Пусть хоть у кого-то будет радость.
- Поедешь? – уговаривал Бернардо девочку. – Миссис Ричардс нужна твоя помощь, иначе она всю дорогу будет плакать.
- Тогда поеду, - наконец дала добро дочка русского. – Меня зовут Нана. Только надо предупредить маму.
– Конечно, предупредим. – хохотнул Бернардо. - Пойдемте к машине. У меня тоже времени мало…
У «Хаммера» доблестно несла службу ватага мальчишек. Машина, как и положено, была в целости и сохранности. Только потом Бернардо обнаружит пропажу одного из стеклоочистителей. Сейчас он спешил.
- Садитесь, дамы! – Он галантно распахнул дверь броневика. – А ваш сын, миссис Ричардс?
- Он остался с бабушкой.
«Запомним», - подумал Бернардо. – «Нет, все-таки мне везет сегодня!»
Заревел могучий мотор «Хаммера». Бернардо на полной скорости рванул к границе поселка. У заставы он затормозил, опустил стекло и крикнул дозорным:
- Я уезжаю в город! Со мной вдова полковника Ричардса и дочь дозиметриста Коростелева. Если ее будет спрашивать мать, пусть приезжает за ней в Хашури. Одного я ребенка обратно не отпущу!
Он тут же захлопнул дверь и ударил по газам. Пока бойцы переваривали информацию, броневик уже выехал за шлагбаум и помчался по пыльной дороги в Хашури…
Экспедиционные машины двигались дальше на восток по серой в трещинах ленте автострады. До бывшей столицы бывшей Грузии было уже надалеко. Это отмечали и приборы: уровень радиации повышался и, местами, уже до неприличных значений. Крайтон распорядился загерметизировать машины и держать под руками СИЗ.
Дорога, значившаяся на карте, как М-3, вплеталась в большую транспортную развязку, а потом выныривала из нее, сворачивая на юг, к Мцхете. А там и до Тбилиси рукой подать. На дороге навсегда застыли проржавевшие железные коробки автомобилей и автобусов. Когда один из экспедиционных БТРов с лязгом врезался в бурый от ржавчины «Икарус», чтобы расчистить путь, из оконных проемов шмыгнули в кусты какие-то звери. Волки, шакалы или просто одичавшие собаки… Животные, видя, как разворачиваются на дороге железные гиганты, спешили от греха подальше в заросли, за которыми серела мутная вода.
Справа тянулись к небу серые громадины гор. Кое-где дорога была завалена камнями, которые, впрочем, не являлись серьезным препятствием для мощной техники.
Впереди зиял черными глазницами окон маленький промышленный поселок Натактари. Серые и коричневые заводские здания были подобны разбитым черепам гигантских многоглазых чудовищ. На одном из зданий лежал завалившийся башенный кран. Пыль кружилась в унылом вальсе по опустевшим улочкам, между стен безмолвных домов. В окнах, заставляя бойцов нервничать, трепетали обрывки то ли тканей, то ли сигнальных полотнищ. Машины остановились, дали гудок. Никого… Царило безмолвие, нарушаемое лишь гулом могучих двигателей, да лязгом гусениц.
Крайтон по радио приказал всем облачиться в противогазы, ОЗК и вылезти на броню. В тесной утробе бронемашин люди, чертыхаясь, облачались в проклятую резину.
Сергей и Тенгиз вслед за товарищами вылезли на воздух. Проклятый запах старой резины! Хорошо, что солнце сжалилось над людьми и скрылось за облаками. Веселое, субтропическое синее небо мгновенно стало дрябло-серым.
Люди с тревогой следили за черными бесчисленными проемами окон, сжимая в руках оружие. Кто знает, какая опасность может подстерегать в оставленных городах и поселках, куда уже много лет не ступала нога человека. Какие хозяева владеют теперь этими землями?
Река Арагви по левую руку обмелела, цепочка водохранилищ вдоль реки превратились в ямы, на дне которых булькала вонючая жижа. Из реки торчал корпус автобуса, смятого в гармошку. Обессилевшая река поглотила колесные оси машины, но на большее ее не хватило. Крайтон хотел было послать разведчиков вплавь, чтобы обследовать автобус, но тут запротестовали уже американцы. Грузины слушали в наушниках быструю отрывистую английскую речь, пытаясь понять, о чем идет речь. Американцам удалось убедить своего командира-соотечественника и облегченно вздохнуть.
Дальше их ждал неприятный сюрприз.
Высокий бетонный мост через реку был разрушен. Посреди бетонного полотна зиял гигантский провал, часть моста обвалилась и под уклоном упиралась прямо в воду. Неколько опор покосились, и с трудом держали на себе оставшуюся конструкцию.
Танки экспедиции остановились перед препятствием. На той стороне были видны многочисленные машины и автобусы, застывшие над рекой в роковой день. О людях, что остались там, можно было только помолиться.
- Серго, - прогудел через фильтры противогаза голос Тенгиза. – Помнишь? – Он указал рукой в ту сторону, где располагалась Мцхета.
- Помню, - ответил Сергей. – Лучше бы не помнить!
