И вдруг внизу, на лестничном пролете Ричардс заприметил двух старых знакомых. Недавно он сам отправлял этих знакомых в разные места службы, — одного в Осетию, другого в Боржоми.
— Капитан, по-моему вакансию водителя и дозиметриста мы закрыли. Пойдемте, познакомлю вас с интересными людьми…
…— Нет, ну нормально, Тенгиз?! — возмущался Сергей. — Дался ей этот Хашури!
— Все правильно, Серго, — улыбался Тенгиз. — Рыба ищет где глубже, а женщина — где платят больше!
— Добрый день, господа! — раздался знакомый голос на русском языке, с английским акцентом. — И вы решили счастья попытать?
Сергей обернулся и увидел полковника Ричардса. За его спиной стоял черноволосый, высокий американец в полевой серо-зеленой форме и всматривался в незнакомцев.
— Знакомьтесь, господин капитан, — сказал Ричардс. — Этого молодого человека зовут Тенгиз. Он великолепно показал себя в боях при Читахеви в Боржомском районе. Неплохой водитель, механик. А это Сергей, родом из России. Имеет высшее образование. Климатолог, географ, дозиметрист. Отчасти, благодаря ему мы теперь знаем обстановку на северных рубежах, у вероятного противника. — Ричардс не без удовольствия заметил, как скривил губу Сергей при словах «вероятный противник». — А это, господа, командир подразделения «Дельта» капитан Стивен Крайтон. Прошу знакомиться.
— Очень много читал про «Дельту» в Интернете, господин капитан, — сказал Тенгиз, протягивая руку Крайтону.
— Я, к сожалению, мало интересовался Джорджией, — ответил спецназовец, пожимая руку бывшего таксиста.
Затем Крайтон пожал руку Сергею. Пожал молча, стиснув зубы, просто, чтобы соблюсти приличия. Крайтон заочно ненавидел всех русских, но не показывал этого. К Сергею он тут же почувствовал глубокую неприязнь. Точно такие же чувства испытал и Сергей к американскому спецназовцу.
— Так, вы, господа снова решили попытать счастья? — повторил вопрос Ричардс.
— Я решил, господин полковник, — ответил Тенгиз. — А Серго со мной, за компанию.
— Я, пожалуй, пойду, — заторопился Сергей, чувствуя, что новый разговор добром не кончится. — Приятно было встретиться, господа.
— Да не беспокойтесь вы! — захохотал Ричардс. — На этот раз я никуда вас не собираюсь отправлять, если вы сами не изъявите желания. Господа, не желаете выкурить по паре сигарет?
Делать было нечего, и Сергей нехотя поплелся за офицерами. Краем глаза он заметил, что Крайтон не сводит с него пристального взгляда.
На улице было, как и прежде, жарко. Легкий ветерок нехотя шевелил листья на деревьях. Синее ясное небо казалось бездонным, лишь на горизонте с севера сияли на солнце белые, как простыни, облака.
— К вечеру будет дождь, — заметил Сергей. — Возможно, с грозой.
— С чего вы взяли? — спросил Ричардс.
— Посмотрите на вон те облака, — ответил Сергей, указывая на горизонт. — Давление будет падать. Подходит холодный фронт.
— Возможно, вы сможете определить и вероятность возникновения бури или торнадо? — спросил Крайтон по-русски, глядя прямо в глаза Сергею, не пытаясь скрыть свою неприязнь.
— Буря, — это вряд ли. Хотя, лучше свериться с барометром, — ответил Сергей, не отводя взгляда. — А откуда вы так хорошо знаете русский язык, капитан?
— Профессиональные знания, господин метеоролог. Необходимо знать язык врага, чтобы победить его, — сказал Крайтон.
— Жаль, что я не уделял внимания достаточного английскому, — в том же тоне ответил Сергей.
Крайтон с трудом проглотил эту наглость. Каков мерзавец! Еще гоношится, русская морда! А ведь его соотечественники сожгли всю планету! И этого человека Ричардс предлагает взять в группу? За какие заслуги? И почему он вообще так носится с этим русским, как курица с яйцом?
— Господа, предлагаю присесть, — Ричардс указал на старый деревянный столик с обрывками клеенки и скамьи рядом с ним. Он извлек из кармана кителя блестящий на солнце серебристый портсигар, — Угощайтесь, пожалуйста.
— Спасибо.
— Спасибо, сэр.
— Нет, сэр, я не курю. Благодарю вас.
Мужская компания затянулась сладковатым дымом. Они расселись так, что Ричардс оказался рядом с Тенгизом. На скамейке, где они сидели, больше не осталось места. Вторую скамью с другой стороны стола предлагалось делить Сергею и Крайтону.
Русский и американец не торопились садиться, застыв в нерешительности. Сергей затянулся табачным дымом. Американские сигарет из старых армейских запасов показались ему слишком слабыми, только щекотали гортань дымом, вызывая кашель.
— Присаживайтесь, господа. Господин Коростелев, как у вас дела? Как жена, как дети?
Полковник Ричардс хитро глядел на молодых людей. У Сергея почему-то возник в памяти советский актер Армен Джигарханян с его: «Проходи, мил человек, садись! Выпьем, закусим, о делах наших скорбных покалякаем!»
— Все в порядке, спасибо.
Сергей, косясь на Крайтона, все же присел. Командир «Дельты» сел рядом, позаботившись, чтобы между ним и Сергеем был как минимум метр. А Ричардс смотрел на них с усмешкой, как смотрит седой дядька на ссорящихся мальчишек. Это вообще было его любимым занятием, — сводить для выполнения одной задачи бывших врагов.
