Кстати… Внимание Сергея привлекли острые колья, на которые были насажены отрубленные головы. Две мужские и одна женская. Вокруг разлагающейся плоти кучами кружились мухи, а на одной из голов расположился здоровенный ворон и выклевывал глаз. Как потом оказалось, один из них был конокрадом, один — карманником, а женщина, — местной проституткой, наградившей сифилисом кучу почтенных отцов семейств.
Сергей не успел пройти и ста метров, как ему уже предложили купить пачку старых стодолларовых бумажек (на растопку), «практически новые» джинсы (с подозрительными бурыми пятнышками на колене), женские шелковые чулки (наверное, поверх ОЗК надевать), автомобиль УАЗ, новые (опять же) сапоги, ящик с ОЗК (это интересно), универсальный американский противогаз, пачки настоящих довоенных сигарет разных марок, упаковку презервативов (ага, почти нераспечатанных), снять девочек (которым на троих сто двадцать лет), потом предложили кожаную куртку, ветровое стекло от «Урала», набор авторучек, куски брезента, кухонные приборы, игрушки, потрепанные страницы из порножурналов (по патрону за страницу, однако!), счетчик Гейгера… И прочее, и прочее, и прочее… Мимо одного лотка, правда, Сергей не смог пройти. На деревянном щитке под пыльным стеклом были выложены в ряд чудесные курительные трубки самых разных форм и размеров.
— Заходи, дорогой, хороший товар! — тут же прицепился к Сергею хозяин трубок, мужчина лет сорока в синей бейсболке. — Сразу вижу знатока. Покупай, слушай, не пожалеешь!
— Да уж, хорошие трубки. Красивые… — только и сказал зачарованный Сергей.
— Знаешь, я тебе так скажу… Весь базар обойди, весь Цхинвал объехай, но больше таких трубок не найдешь! — похвастался продавец. — Меня весь Кавказ знает! Весь мой товар, на любой вкус, на любую цену! Выбирай!
А потом важный мастер трубочных дел прочитал Сергею целую лекцию о роли трубок в обществе:
— Трубка — это престижно! Хорошая трубка хранится несколько поколений, как реликвия! Ну что это такое, — скрутил бумажку, насыпал, свернул?! Ты же не пацан сопливый, ты мужчина солидный, отец семейства! Вспомни Сталина, какая о нем память осталась? Усы и трубка!
В общем, Сергей сдался… Выбрал он себе трубку кофейного цвета в виде головы дракона. Продавец запросил восемь патронов. Сергей, не колеблясь, выложил требуемую сумму на стол.
— Даже не торгуешься?! — удивился продавец.
— Нет, а зачем?
— А удовольствие от покупки?! — засмеялся тот.
Сергей взял трубку, сунул ее в нагрудный клапан. Собирался уйти, однако два дюжих молодца, по-видимому, работники трубочника, преградили ему путь.
— В чем дело?
— Подожди, дорогой, проверить надо, — сказал хозяин лавки.
Он достал из-под прилавка автомат АК-74. Выбрал наугад один из патронов, отданных Сергеем в качестве оплаты. Вставил в магазин, передернул затвор. Направил ствол в воздух. Выстрел, как плеть, ударил по ушам. Проходящие мимо люди, правда, не обратили внимания на столь обыденное дело.
— Все в порядке, — сказал торговец. Затем он сказал что-то на незнакомом наречии своим амбалам, и те послушно расступились.
— Деньги проверяете? — спросил Сергей.
— Да, приходится, — кивнул головой трубочник. — В последнее время немало случаев, когда всякие …. (видимо, неприличное слово на своем языке) стали расплачиваться негодными патронами. А ты человек новый, я тебя не знаю. Хочешь, еще что-нибудь возьми. И друзьям скажи, — если кому нужна хорошая трубка — веди сюда, к Курбану из Нальчика. Для всех товар найдется!
Сергея как гвоздем прибило к земле.
— Вы говорите, что вы из Нальчика?!
— Ну да! С самого детства там живу! Ты ведь знаешь, кем я был до Войны?
— Кем?
— Футболистом! Команду «Спартак-Нальчик» помнишь?!
— Нет. Я футболом не интересовался, — на всякий случай соврал Сергей.
— Жаль. Я в основе играл. Меня перспективным форвардом считали. Даже называли кандидатом в сборную. А потом… Переквалифицировался в мастера, стал трубки делать. А что? Ходовой товар…
— Слушай, Курбан. Я тебе еще пять патронов накину, только расскажи, что с Нальчиком? Что вообще с Россией?!
— Зачем мне деньги за разговор? Я и так расскажу. Знаю-то я немного… После удара была зима. Долгая зима… Холодная… В итоге в Нальчике осталось едва ли тысяча человек… те, кто выжил, разъехались по селам, уехали в горы. Хочешь знать, что с Россией? Да кто его знает? Но люди говорят, что связи больше не было. Ни с Москвой, ни с Ростовом, ни с Краснодаром. А потом началась борьба за власть… Кабардино-Балкария раскололась на три части. Я кабардинец из Нальчика. Есть еще кабардинцы из Княжества. Князем у них бывший ментовский генерал, замглавы МВД республики. А у балкарцев — своя власть. Северная Осетия, — там так и остался президент. Но на них давят нохчи. Нохчи после войны сильно поднялись. Московской власти теперь нет, никто контртеррористические операции проводить не будет.
— А что севернее? — спросил Сергей.
— А вот севернее не знаю, — сказал Курбан. — Ставрополье, по-моему раскололось на удельные княжества. Там и нохчи, и армяне, и казаки, и бандиты, и еще непонятно кто… так люди говорят. А больше я и не знаю ничего.
