Ах, уж эти гимназистки! Как недавно белый кремПодслащал хитросплетенья непреклонных теорем!Это было так недавно: ну, вот только что вчера.А теперь она влюбленно устранила вечераВ те малиновые дали, где ликующий июльОтуманил остромысли, опустил счастливый тюль.Сердце ищет, сердце верит, что придет желанный срок,Что какой-то долгожданный даст улыбчивый зарокВ том, что любит он до гроба, в том, что любит навсегда.Что пройдут совсем бесследно лицемерные года.Сердце верит. Зачернели напряженные глаза,А в моих глазах ответно засветилась бирюза.Разве я такой постылый? Разве с рифмой не знаком?Разве плохо я целую, поцелую вечерком?Ты пойми: склонился, шепчет, что люблю я – старый клен…Ты пойми! Пойми и сдайся, потому что я влюблен.Ты послушай, – убеждают удивленные грачи,Что поэтовы признанья неизменно горячи.Если кончена тоскливость подневольно душных лет,В лес пойдем, моя голубка; захвати пушистый плед.И пускай на чинный ужин позовет упрямый гонг;Плед отлично заменяет неудобное chaiselongue.Дни польются, будут ночи, вдохновенны и легки,И засветят в жуткой чаще голубые светляки.<p>«Мы друг другу надоели…»<a l:href="#c001006002"><sup>*</sup></a></p>Мы друг другу надоели. Ну, и пусть.Смех моей виолончели Гонит грусть.Льется сдержанно и гордо Нежный Григ.Иногда мои аккорды Словно крик.Помню загородный домик И тюрбо.На окне раскрытый томик О. Мирбо.У пруда плясали феи По весне.Колдовали ритмозмеи В полусне.В упоеньи онемелом На рекеБыл я в лунном, бледно-белом Парике.Месяц легкой пылью пудрил Беглый вал.Я взволнованные кудри Целовал.Это было, поманило, Но давно…Это было? Было! Было… Все равно.<p>«Мы давно не встречались. Так лучше. Я рад…»</p>
