Как мы узнали чуть позже, оказалось, что наши мамы в детстве тоже дружили, учились в одном классе, вместе росли, но в какой-то момент их пути разошлись. Даже помню тот момент, когда мама едва заметно насторожилась, узнав, что я теперь очень тесно дружу с Соней, но она не стала запрещать наше общение, лишь предупредила, чтобы я была осмотрительна и осторожна, ограничили меня лишь в походах к ним домой. При этом самой Соне разрешалось гостить и ночевать у меня. Такие условия вполне устраивали нас обеих.
И вот однажды, в один из летних вечеров, я радостно прибежала в штаб с сюрпризом, а точнее, с новой куклой, которую мне только что привезли родители из города. Не терпелось показать её Соне и поиграть, но там её не оказалось, и я уже собралась было пойти к ней домой, как вдруг отчётливо услышала всхлипы из кладовки, а за ними звуки, похожие на вой волчонка, потом снова отрывистые всхлипы.
Я осторожно подошла к развалюхе, прислушалась и, убедившись, что звуки исходят именно отсюда, толкнула дверь. Тут же на полувдохе звуки оборвались, и я увидела огромные покрасневшие глаза – это были глаза Сони… Она робко протянула свои худенькие ручонки. Я шагнула вперёд и крепко обняла её, уткнувшись носом в вязаную зелёную кофту с колючими нитями. В этот же миг почувствовала на своём правом плече слёзы. «Опять… он опять…» – начала она говорить сквозь сбитое дыхание, одаривая мою шею горячим воздухом, и я поняла, что случилось.
Перебирая в памяти события тех лет, я вспомнила о Надюшке – младшей сестре Сони. Она была необычным ребёнком: в раннем возрасте ей диагностировали детский церебральный паралич, и в свои четыре года Надюшка всё ещё не ходила, её личное пространство ограничивалось замызганным старым диваном. Маленькое тельце со скрученными ножками лежало там целыми днями. Иногда мы брали её с собой на прогулки. Соня ловко усаживала сестрёнку в детскую прогулочную коляску красного цвета, привязывала понадёжнее и подкладывала сбоку под подбородок самодельную подушечку – видимо, для того, чтобы головка держалась немного прямее, так у неё была возможность лучше видеть то, что происходит рядом. Сознание у Надюшки при этом было ясное, она всё понимала и даже выговаривала некоторые слова, порой непонятные мне и окружающим, но у неё был прекрасный переводчик в лице Сони. Зимой с прогулками было туго, зато летом, по мере своих возможностей, мы старались брать её с собой как можно чаще, и почти все наши приключения и истории происходили под внимательным взглядом немногословного свидетеля – Надюшки. Она была знакома как с Габриэллой, так и со всеми другими героями нашего детства. Да, бывали моменты, когда детский эгоизм брал верх, и мы забывали или просто ленились брать нашего неповоротливого спутника с собой, но после одного случая всё изменилось.
Стоял жаркий июль. Недалеко от посёлка по классике жанра находилась заброшенная ферма. Такие места почему-то всегда особо притягивают детвору и молодёжь, и наша компания не стала исключением. Мы в тот день вышли гулять раньше обычного, я встретилась с Соней и Надюшей на перекрёстке возле главного магазина. Вскоре к нашей компании присоединилась ещё пара ребят, и наша гулянка традиционно началась с обсуждения, куда нам податься и какие приключения можно на сегодня придумать.
– А давайте в прятки поиграем? – предложил кто-то из толпы.
– Скучно.
И тут в мою голову пришла одна, как мне показалось, восхитительная идея.
– А давайте мы пойдём на ферму и поиграем в прятки там? – воскликнула я, чуть не задыхаясь от восторга.
«Давай!», «Я согласен», «Я за!» – один за другим последовали ответы, и решение было принято единогласно, лишь в Надюшкином взгляде можно было уловить некое смятение.
Когда мы дошли до фермы, солнце было в самом зените, трава на поляне вокруг фермы оказалась довольно высокой, но нам это не помешало, мы шли до полуразвалившихся сараев, оставляя за собой протоптанную тропинку.
В советские времена эта ферма была передовой, но некогда крепкие коровники являли собой печальную картину – иссохшие и растерзанные свидетели деятельной трудовой жизни прошлого столетия.
Переступая через всякий мусор, мы зашли внутрь первого сарая и, расположившись в углу, начали обсуждать игру, выбирать ведущего, как вдруг руку подняла Соня:
– А давайте я сначала расскажу кое-что? – и не дожидаясь ответа, выпалила: – Здесь обитает самое настоящее привидение!
– Да, я тоже про это слышала, – подхватила я, сообразив, что она задумала.
– Давным-давно в этом сарае повесился один мужик, вон в том углу! – она выставила розовый палец в сторону противоположного угла. – Там висела верёвка… Нашли его не сразу, потому душа его гуляет здесь и сейчас!
Тут я заметила, что все затихли, а глаза самого младшего мальчика из нашей компании довольно заметно округлились.
– Нет, я слышал другое, здесь умерла женщина, – вмешался один мальчик, – её затоптала корова, с тех пор она здесь и пугает людей!
