– Игнат Угримович, до вас не может дозвониться адвокат, – выпалила Зоя Ярославовна, неожиданно войдя в кабинет без стука. Увидев, что директор стоит возле сотрудницы отдела кадров и улыбается, она моментально замолчала. Зоя поняла, что помешала.
– Сколько раз говорить, стучи, прежде чем войти! – моментально вышел из себя Игнат Угримович. Его нежный взгляд тут же наполнился злостью, рука сжалась в кулак и ударила по столу. – Тут что, проходной двор?!
– Извините, – быстро выпалила Зоя. – Больше не повторится.
Но было поздно.
– Ты забываешься! Ты секретарь! Всего лишь секретарь! Почему вообще ты входишь в мой кабинет и тревожишь меня из-за какой-то ерунды! – кричал Игнат Угримович.
Ольга Никитична почувствовала, что оказалась не в том месте не в то время. Вот она и стала свидетелем переменчивого настроения директора – за долю секунды Игнат Угримович вышел из себя и теперь кричал на весь кабинет, как настоящий псих.
– Не можешь уладить плевый вопрос, увольняйся из корпорации! Здесь работают профессионалы, а не выскочки! – продолжал кричать директор.
Его крики были такими громкими и грозными, что Ольге Никитичне хотелось только одного – исчезнуть отсюда.
А вот Зоя Ярославовна, похоже, совсем его не боялась. Она стояла на месте и почти не слышала упреков директора.
– Пошла отсюда! – кричал он. – И чтобы держала свой язык за зубами! Узнаю, что болтаешь лишнее – убью!
После этих слов Ольге Никитичне стало и вовсе не по себе. «Какой кошмар! Какой кошмар!», – крутилось у нее в голове.
Зоя вышла из кабинета и закрыла дверь.
Игнат Угримович замолчал, быстро подошел к окну и уставился вдаль. В кабинете повисла напряженная тишина. Ольга Никитична не знала, что ей делать. «Может уйти или надо остаться», – перебирала она в голове, но продолжала стоять на месте, боясь пошевелиться. Какое неловкое чувство, непонятно как себя вести, куда смотреть, что говорить…
Наконец-то Игнат Угримович отошел от окна и приблизился к Ольге Никитичне, на которой лица не было от страха. Без слов он понял все, о чем она думала.
– Извини, что увидела весь этот кошмар, – виновато произнес он.
Ольга Никитична поразилась переменам, которые произошли в директоре – теперь перед ней стоял спокойный, интеллигентный мужчина. Невероятно, всего лишь пару минут назад это был монстр!
– Прости, я не хотел, чтобы ты видела меня таким, – начал говорить Игнат Угримович. – Это и есть мое заболевание, а, может, наказание. Я подвержен приступам ярости, которые не в силах контролировать. Я болен.
Ольга Никитична молчала, не зная, что сказать на все это.
– Извини, наверное, я не вправе рассчитывать на твою доброту. Как бы я ни хотел избавиться от своей ярости, скрыть ее, она все равно вылезает наружу. Прости, Оля, я не должен был пугать тебя. Только не тебя.
– Я ценю твою честность, – вдруг сказала Ольга Никитична, набравшись смелости.
Игнат Угримович удивленно на нее посмотрел.
– Знаешь, когда я знакомилась со своим мужем, я видела его таким, каким мне хотелось его видеть. Я закрывала глаза на его истинную натуру. А что в итоге? Наш брак обречен. Потому что его истинное лицо я разглядела только сейчас. Столько лет потеряно насмарку, столько скандалов пережито впустую, столько грязных слов сказано в адрес друг друга…. Поэтому лучше увидеть изнаночную сторону сейчас, чем когда-то потом.
Игнат Угримович с нежностью взял ее руку и поднес к своим губам.
– Не побоишься пойти на обед со мной?
– Теперь нет, – улыбнулась Ольга Никитична.
***
– Алло! Привет, мама! Как твои дела? – спросила Зоя расстроенным голосом.
– Дочка, все хорошо, – невнятно ответила мать. По первому же ее слову Зоя поняла, что мать нетрезва. В общем-то, как обычно. На заднем фоне были слышны чьи-то голоса и смех. Значит, мама пьет в компании. Каждый раз, звоня ей, Зоя удивлялась, что мать поднимала трубку, это означало, что она еще не пропила телефон – ее подарок.
– Знаешь, жизнь несправедлива, – сказала Зоя.
Сегодня ей нужно было кому-то выговориться, но кроме матери у нее не было никого близкого. Единственная подруга – Роза, и та загремела в психушку.
– Я хотела стать его лучшим секретарем, незаменимой правой рукой, девушкой, которая думает на шаг вперед, понимает его, поддерживает…
– Зоя, о ком ты говоришь?
– Я отдавала этой работе всю себя, с одной лишь надеждой – добиться расположения Игната Угримовича. – Продолжала свой рассказ Зоя, словно не слыша вопроса матери. – Я еще не встречала таких мужчин, как он. Волевой, смелый, решительный, неконтролируемый. Он ужасен в своем гневе, как и я, только еще хуже!
– Кто это?
– Это мужчина, которого я всегда представляла рядом с собой. И самое обидное, что он сам меня выбрал! Понимаешь, сам! Он устроил целый кастинг, чтобы взять меня на работу. Я видела, как он выделял меня из всех остальных. Я знаю, что понравилась ему с первого взгляда. Ведь мы с ним друг друга стоим, мы одинаковые!
– Зоечка, Зоечка, плохо слышно, – на заднем фоне был отчетливо слышен смех собутыльников. Что-то с грохотом упало.
