– С тобой подписывают контракт! – закричала Жози на всю гримерку да так, что остальные недовольно на нее покосились.
– А-а-а-а! – завизжала Роза от радости, побежав обнимать подругу.
– Я же тебе говорила, все будет хорошо, а ты переживала, мол негде жить, нечем платить…
– Невероятно! – воскликнула Роза, искрясь от радости.
– Тебе предлагают контракт на десять лет! Представляешь?! В общем, можешь сразу оформлять ипотеку, как раз новоселье отпразднуем, когда я перестану кормить малыша, – звонко засмеялась Жози, а Роза скрестила пальцы на обеих руках.
– Хоть бы так, – тихо прошептала она, – мой первый шаг к самостоятельной и независимой жизни.
Жози нежно обняла подругу и поцеловала в щеку.
– У тебя все наладится, такая потрясающая девушка, как ты, просто не может быть несчастливой!
– Что, уже сообщила?! – заглянув в комнату, спросил муж Жози.
– Ага! – закивала Жози.
Муж Жози улыбнулся, отчего его азиатский разрез глаз стал еще уже. Он обещал своему лучшему другу Мину, что позаботится о Розе, а устроить ее на работу в его новую команду было минимальным из того, что он мог сделать.
– В общем, Роза, принимай мои поздравления, теперь ты ведущая на развлекательном канале. Это тебе не просто блогер…
– Эй-й-й-й, – недовольно протянула Жози, приняв такой ответ за камень в свой огород.
– Нет, Жози, безусловно, ты не простой блогер, а самый выдающийся, но все же ведущая на канале…
– Больше ни слова! – перебила его Жози.
– Извини, любимая, – шутливо сказал муж и с нежностью заключил Жози в объятья.
Роза украдкой улыбнулась, немного завидуя их семейному счастью, и поспешила покинуть комнату, чтобы оставить супругов вдвоем.
Как только состояние Игната Угримовича улучшилось, он распорядился перевезти его в комфортабельную частную клинику. Туда же по его требованию перевезли и Ольгу Никитичну. Теперь он не хотел оставлять ее ни на минуту, не остановили его даже правила клиники, которые предполагали размещение пациентов разного пола в отдельных палатах.
– Я заплачу за это исключение из правил, – настоял Игнат Угримович и руководство клинки, конечно же, пошло навстречу столь влиятельному пациенту.
Никто не знал, что происходило в момент встречи Игната Угримовича и Ольги Никитичны. Он попросил всех оставить их наедине и до самого вечера к ним в палату никто не заходил.
– Я обязан тебе жизнью, – с нежностью шептал Ольге Игнат Угримович, поглаживая ее по шелковистым волосам. – Если бы не любовь к тебе, я бы умер в том лесу. Ты – мой стимул жить, ради тебя я могу бороться.
Ольга Никитична крепко прижималась к его груди и плакала от счастья, что наконец-то они вместе.
– Ты так сильно настрадалась из-за меня, ни одна другая женщина не выдержала бы такого…
– Каждая бы выдержала, если бы любила, – шептала Ольга Никитична, покрывая грудь Игната поцелуями.
– Теперь я просто обязан любить тебя и заботиться до конца жизни!
– А я обязана заботиться о тебе.
– Почему ты плачешь? – вдруг спросил Игнат Угримович, чувствуя, что его грудь вся мокрая от слез. – Он попытался приподняться, но тут же скрючился от боли.
– Тише, тише, – моментально подскочила Ольга Никитична. – Нельзя вставать. Врач сказал только полный покой.
Она тут же бросилась утирать слезы, чтобы больше не смущать его своим плачем.
– И все же? – не успокаивался Игнат Угримович. – Что тебя тревожит?
– Ничего не тревожит, это слезы счастья.
Игнат Угримович внимательно посмотрел ей в глаза.
– Я же вижу, есть беспокойство. Оля, рассказывай.
Ольга Никитична снова заплакала.
– Что такое? Скажи мне, – с этими словами Игнат Угримович сел на кровати, стараясь не подавать виду, насколько ему больно.
– Ой, что же ты делаешь? Ложись, прошу, ложись…
– Говори, – распорядился Игнат Угримович, продолжая сидеть.
– Переживаю за ребенка, – тихо сказала Ольга.
– Ведь врачи сказали, что беременность развивается нормально, – не понимал Игнат.
– Да, так оно и есть, – замямлила Ольга Никитична.
– Ну а что тогда?
– Опасаюсь твоего чувства непринятия малыша, ты ведь до сих пор не знаешь, кто его отец. Боюсь, когда правда откроется, ты невзлюбишь ребенка, ведь ты говорил….
– Забудь о том, что я говорил про детей. После того, как я чуть не лишился всего, я многое переосмыслил. Сейчас, как никогда, я уверен, что буду любить этого ребенка, я стану хорошим отцом чего бы мне это не стоило…
– Ну, ты же не знаешь…
– Оля, если ты так сильно хочешь, чтобы я узнал, от кого этот ребенок, то скажи мне это сейчас.
Ольга Никитична с тревогой посмотрела на Игната, не ожидая, что он так быстро переменит свое намерение, ведь он категорически не хотел знать, кто отец малыша.
– Это твой ребенок, твой сын, – наконец-то сказала Ольга Никитична и зажмурила глаза.
Вместо ответа она почувствовала его поцелуй.
– Спасибо! Спасибо за сына! – нежно сказал он ей, и они вместе легли на кровать, закутав друг друга в объятья.
