– Но самое интересное даже не это! – с энтузиазмом продолжал свой рассказ Степан. – Самое интересное, что Гришка-то с Ленкой встречался. Хорошая такая девка была, порядочная, хозяйственная. Гришка только ей одной внимание уделял, то в поле букет цветов насобирает, то денег скопит, купит ей шоколадные конфеты, а как-то раз, даже духи у матери украл, чтобы Ленке подарить. Потом эта кража вскрылась, вот позорище-то было! Вся улица с него смеялась, а Ленка так сильно обиделась, что даже какое-то время не разговаривала с ним, – Степан громко рассмеялся и съел кружок колбасы.
– А девушка, которую вы любили, не знала, что Гришка не свободен?
– Знала! Еще как знала! Она с этой Ленкой дружила. Такая вот эта бабская дружба, вроде подруги, а в мыслях чужого мужика увести. Девчонка моя возле их пары так и терлась, чуть ли не третьей быть хотела.
– А вы что делали?
– А я ничего не делал. Что ж тут сделаешь? Я люблю девчонку, а она другого, а этот другой – Ленку. Сначала меня это злило страшно. Со зла я даже с другой девушкой встречаться начал, да только совсем это не то. Вот вроде с ней встречаемся, а мыслями я к своей любимой тянусь. Так с другой и расстался. И начал я хвостом за Гришкой, Ленкой и моей девчонкой ходить. У Гриши и Ленки любовь, а мы с моей девчонкой только вокруг них отираемся. Так было до окончания школы…
– Что случилось потом? – поинтересовался собеседник, когда Степан замолчал и о чем-то задумался. – А как звали вашу девушку, а то вы называете ее «девчонка»…
– Эээээ, не, ее имя я называть не хочу, – хитро заулыбался Степан, – пусть будет «моя Л».
– А «Л» – это первая буква ее имени?
– Нет, ее имя начинается совсем с другой буквы, «Л» – потому что любовь.
– Хорошо, если вам так больше нравится…
– Так вот, школу мы закончили, и Гришка Ленке предложение сделал. А та, конечно, согласилась. Моя «Л» тогда в страшную депрессию впала, она, видимо, все это время ждала, что Гришка ее полюбит. Глупая.
Степан нахмурил брови, но пить в этот раз не стал.
– Ребята поженились. Отец Ленки даже старый дом своей матери им отдал во владение. Они там обустроили быт, Гришка весь дом подлатал, крышу починил, запущенный огород вскопал, а Ленка его засадила. Пришло время детей заводить, да только Ленка все забеременеть не может. Уже и в больницы разные ездила обследоваться и к бабкам ходила, но толку нет. Может, на этой почве или из-за чего-то другого, но стали их отношения портиться. Ленка в депрессию ушла, а Гришка пить начал. А моя «Л» тут как тут, будто ждала этого. Стала она, вроде бы случайно, оказываться в тех самых местах и кабаках, где Гришка пил. После работы караулила его и вместе с ним домой шла, а иногда к его друзьям.
Степан снова замолчал и посмотрел в окно. Этот рассказ давался ему нелегко, хоть он и рассказывал о событиях давно минувших дней.
– В общем, моя «Л» забеременела вскоре. Гришка умолял никому ничего не рассказывать и сделать аборт, но «Л» об этом даже слышать не хотела. «Женись на мне», – поставила она Гришке условие. Тот наотрез отказался, сказал, Ленку любит и никогда не оставит. Тогда моя «Л» проявила необычайную жестокость и разнесла новость о своей беременности от Гришки по всей округе. Ох, какой тогда скандал поднялся! Люди осуждали и ее, и Гришку, и даже Ленку…
Степан не выдержал. Резким движением он придвинул к себе стакан и снова налил. В этот раз собеседник не стал его останавливать.
– Ленка первая сдалась. Видать, она уже была на грани из-за невозможности забеременеть, а тут еще и муж с подругой изменил. Со скалы спрыгнула. Насмерть. – Степан замолчал, и его лицо приняло сосредоточенное выражение.
– А после этого Гришка женился на вашей «Л»?
– Нет, конечно, – быстро пришел в себя Степан, – он ее чуть не задушил! Благо я рядом оказался и оттащил его. Гришка сказал, если она приблизится к нему, он ее убьет, потому что терять ему больше нечего.
– А как же ребенок?
– Гриша наотрез отказался признавать свою причастность к этой беременности. Сказал, что был в страшном пьяном угаре и даже не помнит, что там толком происходило, и он ли на самом деле был с моей «Л».
– И что же тогда сделала ваша «Л»?
Степан усмехнулся.
– Вот ведь какая странная эта любовь! Моя «Л» выставила себя в таком ужасном свете, что, казалось бы, я должен был ее возненавидеть, презирать, отвергнуть… но нет, я любил ее еще сильнее! Мне так сильно хотелось ей помочь, что я предложил стать отцом этого ребенка! Говорю это, и сам не верю.
Степан снова выпил. Собеседник с удивлением смотрел на этого крепкого мужчину, который совсем не пьянел.
– Так ты думаешь, моей «Л» нужен был этот ребенок? Конечно, нет. Плевать она хотела на свою беременность! Ей нужен был только Гришка. Даже таким способом.
– А что стало с Гришкой?
– Спился, – с горечью ответил Степан, – а ведь хороший парень был…
– А что дальше случилось с вашей «Л»?
– Моя «Л» больше не могла оставаться в поселке, потому что люди ее затравили. Что только ей не говорили, и проклинали, и камнями кидали, и ведра с помоями ей под забор выливали… В общем, не выдержала она, собрала вещи и уехала. А я остался.
