Позже, когда все разошлись по своим палаткам, Бет некоторое время стояла, глядя вокруг. Было полнолуние, ясное небо усеяли звезды. Возле стоянки росли только слабые тонкие деревья, но укрывавший их снег придавал им сказочный вид. Даже раскинувшиеся вокруг палатки, обычно грязные и обтрепанные, казались красивыми в золотом свете пылавших рядом костров. За всеми трудностями и лишениями прошлой недели Бет совсем не обращала внимания на окружавшие ее пейзажи, но сейчас, умиротворенная, она открыла для себя красоту этой дикой местности и снова стала испытывать приятное волнение, размышляя о предстоящем путешествии.
«Однажды я смогу рассказать об этом Молли», — подумала девушка, глядя на сонных спутников, сидящих у костра. Они были такие грязные и неухоженные, с красными глазами, спутанными бородами и волосами. На них было столько одежды, что издали мужчины походили на трех медведей. Бет надеялась найти среди идущих в Доусон людей фотографа, чтобы запечатлеть, как они выглядели в пути, и когда-нибудь показать Молли эту фотографию.
Совсем неподалеку неожиданно раздался волчий вой. Его подхватили собаки. Бет вздрогнула и поспешила к огню. На какое-то время она совсем забыла, что в этом краю водятся дикие звери.
Глава 29
— Ну вот мы наконец и пришли! — радостно закричал Джек, бросаясь с санями через узкий перешеек озера Линдеман к озеру Беннет.
Большая часть золотоискателей, преодолевших вместе с ними Чилкутский перевал, осталась на берегах озера Линдеман, чтобы за зиму построить плоты и весной отплыть в Доусон. Но Джек слышал, что быстрины, которые образуются между двумя озерами после того, как лед растает, очень опасны, и поэтому решил идти к озеру Беннет и строить плот там.
Тео не одобрил этой, по его мнению, излишней предосторожности. Ему понравился палаточный городок на берегах Линдемана: там уже успели появиться игорное заведение, бары, магазины и даже несколько ресторанов. Тео был уверен, что сможет выиграть в покер достаточно денег, чтобы купить одну из складных лодок, которые в больших количествах доставлялись сюда через перевал. Тео и Джек чуть не подрались из-за разногласий по этому вопросу, потому что Джек считал такие лодки слишком ненадежными и не способными проплыть даже десяток миль, не говоря уже о пяти сотнях. Кроме того, он назвал Тео лентяем, который не желает немного поработать, чтобы построить надежный плот.
Эти несколько дней, проведенных на озере Линдеман, Бет чувствовала себя как на иголках. Она видела, как накалились отношения между Тео и Джеком. Джек добровольно взял на себя часть ноши Тео, когда они переходили через горы. Когда у Тео разболелось плечо, он позволил ему ехать на санях от Счастливого лагеря до озера Линдеман и избавил от обязанности рубить дрова и вообще от тяжелой работы. Но Джек не стерпел, когда Тео начал обращаться с ним как со слугой. Бет боялась, что Джек решит бросить их и отправится в Доусон в одиночку. Хотя, по правде говоря, она не стала бы его за это винить.
Но вышло так, что Тео не повезло в игре и он потерял почти все оставшиеся у него деньги, поэтому вопрос о покупке лодки больше не поднимался. У Тео не было выбора, кроме как согласиться с планом Джека.
Тем не менее он продолжал ворчать. Бет догадывалась, что, несмотря на мнимое превосходство, Тео попросту завидовал Джеку, потому что тот очень легко сходился с людьми и завоевывал их уважение, в то время как самого Тео считали кем-то вроде паразита. Пока они пересекали замерзшее озеро, Тео ни с кем не разговаривал, даже с Бет.
Впрочем, Бет и сама испытывала раздражение по отношению к Тео. Она пыталась забыть обиду, которую он нанес ей в Скагуэе, и вернуться к тем отношениям, что были у них в Ванкувере, Но у нее ничего не получалось.
Впрочем, все распри и обиды были забыты, как только они добрались до озера Беннет. Перед ними предстала изумительная картина.
Вдоль поразительно красивого, длинного, узкого, скованного льдом озера, проложившего себе путь среди заснеженных гор, насколько хватал глаз, тянулась россыпь всевозможных палаток.
Здесь были собраны тысячи палаток, новых и потрепанных, всех форм и размеров, от крошечных одноместных до огромных шатров, пригодных для цирковых выступлений.
Бет и ее спутники знали, что тут заканчивается другой, более долгий маршрут через горы, начинающийся у перевала Уайт, и ожидали увидеть здесь множество людей, но не предполагали, что их будет столько. Кроме того, их поразило количество животных.
Перевал Уайт получил название «Тропа мертвой лошади», потому что на нем сотнями гибли лошади от голода и плохого ухода. Один из полисменов на границе обругал недалеких людей, которые по глупости отправлялись в путь, не захватив с собой фуража для животных. Но здесь было достаточно лошадей, а также собак, быков, ослов, коз и даже кур.
