Из-за глухих шлемов и длинных, казавшиеся из-за объемного кожуха, тяжелыми будто металлическая отливка, стволов штурмовых факелов с колыхавшимся, тлевшим перед дулом синим газовым огоньком, и массивных бронированных шлангов, они походили на средневековые механические “живые шахматы”.
Ожившие оловянные автоматоны для игры, послушные движениям игрока, касавшегося, массивных клавиш, похожих на клавесинные. Пешки, всего лишь пешки - пусть и сделанные похожими на настоящих копьеносцев….
Как мягкое тело морского слизняка, высунувшееся из раковины - светились незащищенные серой сталью плоскими лицевыми пластинами русских панцерхельмов, светлые щеки протиснувшегося между ними и выступившего вперёд капитана Министерства.
Тампесту на минуту стало даже неловко - на фоне этого идеального солдата, затянутого, строгого, серая форма на котором сидела как вторая кожа, он сам себе казался неаккуратным и каким-то расхлябанным.
-Ausweiskontrolle! - выкрикнул немец какое-то гальваническое, похожее на молнию, слово, от которого Рабе вздрогнул так, словно бы к нему присоединили контакты - Проверка документов! - повторил он по-английски, взглянув на форму полковника.
-Но ведь проверка уже была, - осторожно начал Тампест, - Контроль на вокзале. И это ещё не Шванхайнде…
Рабе скукожился и что-то забормотал. Тампест покосился на него. Он, что, в самом деле, молится?
- Контроль движения осуществляется Министерством Безопасности на всём пути следования по территории Германской Республики!
Тампест моргнул глазами, изображая непонимание.
-Я могу запрашивать ваши документы хоть на каждой станции, господин полковник! - начиная сердится выкрикнул немец.
-Ясно, - кивнул Тампест. И переводя тему, как бы невзначай сказал, - У ваших людей отличное оружие, капитан.
Он не соврал.
Русские дают
Тампест только сейчас, увидев их оружие, обратил внимание на скудность интерьера поезда. Нет ничего сделанного из дерева, ткани или бакелита. Только занавески на окне -и матрасы. Всё это легко заменить. Если факельщики ударят - гореть тут, кроме них, почти нечему. Отремонтировать купе будет легко.
И никто не услышит тихого шипения факелов. Поездная команда
Разве что запах …
- Документы! - уже слегка истерично повторил офицер и его рука непроизвольно скользнула к кобуре
Запах.
Вот и всё, что останется от них с Рабе - за доли секунды. Температура такова горения такова, что даже кости превращаются в фиолетовый порошок.
Тампест пожал плечами и подал своё, - вполне настоящее, как уже было сказано, - удостоверение и билет. Сейчас он не волновался. Всё происходящее было слишком ясно.
Так оно было. Немецкий капитан лишь слегка полистал его с совершенно безразличным выражением на лице. Ни брови, ни губы никак не двигались. Тампест готов был поставить все свои деньги от контракта на тот факт, что он не прочитал ни строчки.
Поджав губы, он переспросил у Тампеста его имя, фамилию, сделал вид, что хочет спросить ещё что-то, помедлил - отдал бумаги обратно.
-Вы знаете этого человека? - спросил он Тампеста, когда хватающий своим безгубым ртом воздух Рабе, в ответ на требование подать удостоверение личности, едва смог указать в его сторону.
- Этот господин, - спокойно ответил Тампест, пряча мягкую книжечку обратно,- Появился тут недавно. С четверть часа назад. Я решил, что это мой сосед по вагону, которому как и мне, надоело одиночество дороги. И конечно же, пригласил его к себе, разделить мой скромный ужин…
- Каммерер, - прошелестело из наушника прямиком в ухо. - Связь с Абалкиным пропала. Ты где находишься?
- Далеко, - прошептал Каммерер, неспеша двигаясь по подземным туннелям и непрерывно цепляясь взглядом за любые подозрительные объекты. - А что Самун...
- Каммерер, чтоб тебя! - грозно ответили с другого конца радиолинии. - Давно на трибунале не был?
- Виноват, - "Каммерер" не чувствовал ни малейшей толики вины. Его линия связи не прослушивалась, он был в этом уверен после того как сам доработал её. - Так... что случилось с Сикорски?
- Он сейчас занят, - ответили из координационного штаба. - Активно работает со Странниками.
- Ага, конечно, - сплюнул "Каммерер" на пол.
- Каммерер, - произнёс в микрофон "Киконин", сидя у радиоприёмника и держа палец на некой точке растянувшейся по столу карты, с обозначением Ц-93. - Найди Абалкина.