-- Но ведь и до того, как наши предки столкнулись с "врагами из-за океана", у них тоже была огромная армия, которая только и делала, что покоряла соседние народы. А теперь, присоединив столько народов и навязав им свой образ жизни, мы расхлёбываем последствия в виде того, что иные из них согласны даже испанцев против нас поддержать. Во многом мы всё-таки сами виноваты.
-- Сами?! Пойми, наши предки, в отличие от так чтимых европейцами римлян, никогда не восхваляли войну и кровопролитие, а наоборот, считали необходимым, если это только возможно, улаживать дело миром. Ведь нам не нужны были рабы и пленники для жертвоприношений. Только вот если соседи делают на тебя набеги, потому что им-то рабы нужны, всё равно рано или поздно встаёт вопрос кто кого. Кроме того, власти соседних государств часто хотели нас уничтожить, чтобы мы не подавали дурной пример их народу.
-- Да, но только почему-то дело кончалось тем, что мы присоединяли к себе чужие земли. Разве это так хорошо?
-- Сынок, если бы было иначе, сейчас некому было бы задавать этот вопрос. Если бы инков победили бы раньше, если бы не возникла бы Тавантисуйю, а вместо неё на нашей территории нашей страны были бы государства, похожие на государства майя, время от времени враждующие между собой, чтобы захватить рабов, разве это было бы лучше? В конце концов от присоединения к нашему государству выиграли все народы. Большой стране проще достичь изобилия чем маленькой, достижения каждого народа стали достоянием всех, а вредные обычаи вроде набегов для захвата рабов, людоедства и человеческих жертвоприношений были искоренены.
-- Что-то те каньяри, к которым ты попал в плен в юности, считали иначе.
-- А ты считаешь, что они были правы? Что лучше, когда никто не мешает совершать набеги?
-- Однако почему же такая замечательная страна оказалась потом в руках испанцев и её только чудом удалось отвоевать обратно? Разве это не кара за то, что мы присоединяли к себе народы порой против их воли?
-- Да, слишком быстрое присоединение новых земель вызвало кризис, так как нам волей неволей пришлось заглотить слишком много кусков, и мы не смогли их как следует переварить. Ведь одно дело -- ввести законы, а другое -- приучить народ к ним. Далеко не всем нравилась отмена рабовладения и торговли, не всем было по вкусу включение в огромный хозяйственный механизм страны, те же каньяри видели в необходимости отдавать часть произведённого собой государству унижение, ведь теперь с "чужаками", на которых они прежде смотрели свысока, они были равными. Но наши амаута давно доказали, что единое крупное хозяйство много лучше кучи мелких, ибо только оно может дать гарантии от голода и нищеты. К тому же многим чиновникам хотелось ослабить контроль надо собой. В результате выразителем настроений этих людей стал Уаскар, который довёл дело до гражданской войны.
-- А разве гражданскую войну развязал не Атауальпа? Разве не он поднял восстание против законного правителя?
-- Милый, ты что, учил историю по испанским учебникам? Да, Уаскар был коронован, но его нельзя было назвать законным Первым Инкой до тех пор, пока инки не подтвердили бы его кандидатуру. А он на это не особенно надеялся, и потому для подстраховки решил убрать всех наиболее вероятных соперников. Но простое убийство выглядело слишком подозрительным, потому Уаскар действовал хитрее. Обманом заманил Атауальпу в Куско, бросил его в тюрьму, и решил убрать его с помощью подложного суда. Тому посчастливилось сбежать. И что ему оставалось делать дальше? Что бы сделал ты? Бежал бы за пределы страны, будучи до конца своих дней обречённым на изгнание и жизнь в страхе, что достанут и там? Или поднял бы восстание? Наши враги в таких случаях говорят "Или Цезарь, или никто". Знаешь, на месте Атауальпы я поступил бы точно также. К тому же не забывай, что восстание нельзя поднять на пустом месте, недовольство правлением Уаскара было таково, что только отсутствие общепризнанного вождя мешало войне разгореться раньше. Хотя в испанских книжках пишут, что Уаскар был сам невинность, а Атауальпа -- кровавый тиран, но ведь даже самому наивному должно быть понятно: причина этого в том, что Уаскару только смерть помешала стать хорошим помощником для испанцев, а сколько бы ошибок и промахов не совершил Атауальпа, казнён он был именно потому, что испанцы поняли -- из него покорного слуги не сделаешь.
Ветерок поморщился:
