- С насмешкой! - Кристина поставила правую руку в бок, левая ее не послушалась, и запекшаяся царапина больно лопнула, заставляя сморщиться и схватиться за плечо. - Он... он достойный человек!
- Разумеется, - закивал Венто как-то чересчур поспешно, - за недостойным сеноьрита с Вертикали не полезла бы в штаны юнги.
- Я не... - покраснела Кристина. - Он тут ни при чем!
- Расскажи эту сказку кому-нибудь другому, - поморщился Венто. И присвистнул.
- Не из-за него! - еще более горячо возразила Кристина. - Ты не думай, что...
- Что ты влюбилась? - опередил ее Венто. - Это у тебя на лбу написано.
- Ничего не написано! - Кристина схватилась за вышеуказанный лоб.
- Но в следующий раз не бросайся на пули грудью, это сеньоритам не идет.
По лесенке поднялся худой и высокий, как фок мачта, тип в белоснежно чистой рубашке, словно и не было абордажа только что. Его голова была вся смуглой, и без единого волоска. Он покосился на Кри почти равнодушно.
- Придержи штурвал, Треска, - приказал Венто. - Пока я займусь парнем.
Кристина собралась ему громко возразить про сеньориту, но тут же закрыла рот. Треске сказали, что она парень. Венто не собирается выдавать ее секрет. Что же ему нужно?..
- Что ты... сделаешь с нами? - шепотом спросила она, когда он дернул ее за здоровое плечо вниз.
- Посмотрим, - неопределенно ответил Венто, щелкая юнгу по носу. - Не могу же я тебя и твоего возлюбленного обидеть.
Опять за свое!
- Он не возлюбленный! - выдернула руку Кристина. - Пойми уже! Он -- капитан! Тебе не понять, что такое... дружба, преданность и...
Венто закрыл ей рот жесткой ладонью.
- Давай без лишних сцен, дитя. Я от них зверею.
Кристину на миг парализовал ужас. И к такому человеку она тогда пришла ночью в "Горизонте" и поверила в его рассказы про амарант?.. И такой человек тогда поцеловал ее в лоб и казался родственной душой?..
- Я так и знала... - пробормотала она едко. - Что ты врал про амарант...
Венто только снова взял ее за локоть, теперь железной хваткой, так, что даже казалось, будто синяк останется.
- Ты попала в руки к пирату, дитя мое. И от прогулки по доске спасло тебя только то, что однажды он дрался с тобой на шпагах.
У Кристины сперло дыхание.
- А капитана... ты ведь не отправишь на доску?..
- Я еще не решил.
- Нет, ты этого не сделаешь!
- Опять истерика... И как только на твоем "Отважном" поверили, что ты мальчишка!
- Это не истерика... - сказала Кристина, подумав. И ее впихнули в каюту. Она пояснила, пытаясь вырваться: - Это угроза.
Венто расхохотался, упираясь в собственные бока. Кристина нахмурилась. Как бы там ни было, страх прошел. Что бы там ни рассказывал про "зверения". Все же, несмотря на все, крепла уверенность, что тогда, в "Горизонте", она не ошиблась, посчитав его родственной душой.
Но родственные души, бывает, могут заблудиться. Так же, как и душа Энрике.
В каюту проникали последние лучи заката, и понемногу господствовать начинал сумрак. На фоне окна виднелся силуэт. И он встал, едва Венто и Кри вошли.
- Капитан, - издевательски поклонился ему Венто. - А я тут веду занимательную беседу с вашим поклонником, - и он кивнул на порозовевшую Кристину.
- Ты... - ткнула она его в бок.
- Могу я знать, что вы намереваетесь с нами сделать? - спросил капитан Энрике так холодно, как будто он наглотался льда.
Венто нарочито медленно прошелся к столу, достал огниво и зажег свечи в подсвечнике. Таинственные золотистые отблески заплясали на темном дереве стола, шкафов и стен, лице пирата и капитана. Кристина накрыла ладонью раненое плечо задумчиво.
Вот два человека, что могли бы привести ее к счастью и амаранту. Но не привели. И, кажется, тем, кто должен вести их, является она сама...
- Что я с вами сделаю? - проговорил Искатель Ветра, потирая подбородок. Кажется, на его лице борода и не пыталась расти никогда. - Для начала -- предложу горячего шоколада. Такой новомодный напиток в Европе. Я предпочитаю пить его с корицей. Что скажете?
Шоколад с корицей! В груди Кристины затрепетало что-то теплое. Словно надежды на лучшее возвращались и оживали, ведь просто невозможно представить безнадежного злодея, пьющего шоколад с корицей.
- Благодарю, не стоит, - сухо поблагодарил капитан Энрике.
- Ах, капитан! - подлетела к нему, этой статуе, Кристина и схватила за рукав умоляюще. Капитан Энрике в непонимании вытаращился на собственного юнгу. - Мы непременно должны попробовать! Ну, пожалуйста!
У капитана Энрике отнялся язык. Он собирался отказываться, быть ледяным и неприступным, но... Что было в этом его юнге такого особенного? Почему казалось каждый раз, словно этот мальчишка одним своим словом ломает годы, которые ушли на создание его собственной брони? И будто становится где-то внутри теплее и легче. Он в необъяснимой нерешительности перевел взгляд на пламя свеч.
- Значит, решено! - хлопнул в ладоши Венто. Как-то чересчур весело. - Знаете ли, нечасто я принимаю гостей, а от того не помню себя от радости.
Венто издал почти искренний смешок.
Капитан Энрике задвинул юнгу себе за спину.
- В чем ваша цель? - уточнил он.
