Туда, где растет амарант полностью

Иногда кажется, что в этом — единственное спасение. Или тем страдают лишь дети Горизонтали?..

Она должна непременно найти необитаемые порты...

Глава 37. Новый путь «Отважного»

Дорогие папа Мигель и мама Карла!

Знаю, что вы ужасно обо мне беспокоитесь и, наверное, до сих пор не можете простить, что я убежала из Горизонта, с вами не посоветовавшись, и вообще... Жалею ли я? Можно было бы сказать — да, потому что я взяла и сбежала из детства, где было так безопасно и спокойно. Но я скажу — нет, не жалею. Так же, папа, как ты не жалеешь о том, что оставил Горизонталь... Я услышала твой разговор той ночью. Мы же принимаем решения и потом несем за них ответственность, правда? Я приняла свое. Понимая, что делаю. Понимая?.. За пределами Холма Святой Марии происходят такие вещи, о которых я и не подозревала. Больше хороших. Не надо переживать, мама Карла. Просто я думаю вслух. Папа Мигель, ты ведь понимаешь, правда? Я знала.

Если я и не понимала, что делая, уходя... Все равно я довольна, что узнала хоть немного об этой большой и невероятной жизни. Лучше жить в приключениях, хлебать соленую воду, бороться, раз проигрывать, раз побеждать, чем... не делать ничего. Мама Карла, ты не обижайся, пожалуйста. Но в «Горизонте» я бы не узнала, как это сладко — жить и бороться. Я люблю это. Даже когда устаю.

Папа Мигель, и я очень признательна тебе, что ты оставил все это ради того, чтобы быть моим папой. Мама Карла, а у тебя тоже были приключения до встречи с папой? Ты ведь не забыла о них, да? Не забывай, пожалуйста. Без приключений не бывает нас.

Мне кажется, что время, все события... все оно нужно именно для того, чтобы делать нас нами. Мы — никто, если с нами не происходит ничего.

Папа Мигель, ты согласен?

Кристина задумалась и не заметила, как на знак вопроса наползла жирная клякса.

— Ах! — только и смогла она воскликнуть. А затем вздохнула. Такое хорошее письмо испортила.

— Ну, что там? — подняла голову Летиция. Она полулежала на кушетке и читала книгу, лениво подпирая голову. Все так же повязанную платком, только теперь с бахромой. Больше Летиция не изображала из себя никого.

Каюта капитана была в ее полном распоряжении. Она умело влезла в малюсенькую дырочку расположения капитана Энрике и устроилась со всеми удобствами, постоянно расширяя пространство. Кри было разрешено воспользоваться столом и чернилами, чтобы написать письмо. Быстро. Только разве можно написать душевное письмо быстро?..

«Отважный» сегодня вышел из ремонта. Сегодня Кристина первый день без бинтов. И палуба вновь ласкается теплом нагретого дерева к босым ступням.

Энрике занят подготовкой к отплытию. Вместе с Гарпией и канониром Пабло проверяет пищевые припасы, боевые и все такое.

Забавно, как легко забыты предательства и недомолвки. Хотя по взглядам моряков это не всегда скажешь.

Теперь Кри — личный слуга капитана. И не числится в экипаже. История с трибуналом замята.

И, к счастью, и Старик, и Хузо, и даже Урс ей рады. А вот на капитана и Лети они посматривают странно. Почему так?.. Ведь на нее у них гораздо больше причин коситься неприязненно.

— Кри! — повторила Летиция вопрос. — Ты закончила наконец? Не торчи тут так долго, мне только толков не хватало.

— Каких толков? — очнулась Кристина, разглядывая кляксу внимательно. Она похожа на очертания западной Европы с карты Энрике.

Они плывут в Новый Свет. Сегодня. Искать... Искателя Ветра.

Летиция повела бровями.