После обеда Витя стал красный флаг делать, а мы все ему помогали: кто палку строгал, кто материю подшивал, кто разводил краски. Флаг получился красивый. Палку выкрасили золотой краской, а на красной материи Витя написал серебряными буквами: «Лучшему огороднику».
Мишка сказал:
– Давайте ещё пугало сделаем, чтоб вороны огород не клевали.
Эта затея всем очень понравилась. Взяли мы жердь и к ней крест-накрест палку привязали, достали старый мешок и сшили из него рубаху. Потом натянули эту рубаху на жердь, а сверху глиняный горшок надели. На горшке Мишка нарисовал углём нос, рот, глаза. Страшная рожа получилась! Поставили это пугало посреди двора. Все смотрели на него и смеялись.
Мишка отвёл меня в сторону и говорит:
– Вот что я придумал: давай, когда все лягут спать, удерём на огород и вскопаем свой участок. Оставим на утро кусочек маленький, завтра быстро вскопаем и получим знамя.
Я говорю:
– Если бы ты работал! А то ведь с разными пустяками возишься.
– Я буду хорошо работать, вот увидишь!
– Ну ладно, только если ты снова возьмёшься за старое, брошу всё и уйду.
Вечером все легли спать. И мы с Мишкой легли, только для виду. Я уже начал дремать. Вдруг меня Мишка толкает в бок:
– Вставай! А то не видать нам знамени как своих ушей!
Встал я. Мы вышли так, чтобы никто нас не видел. Взяли лопаты и пошли на огород. Луна светила, и всё было видно.
Пришли на огород.
– Вот наш участок, – говорит Мишка. – Видишь, и пень торчит.
Стали мы копать. На этот раз Мишка хорошо работал, и мы много вскопали. Дошли до пня и решили его выкорчевать. Обкопали со всех сторон и стали из земли тащить. Тащили, тащили, а он не лезет. Пришлось обрубать корни лопатой. Устали как лошади! Всё-таки вытащили. Землю заровняли, а пень Мишка на соседний участок бросил.
Я говорю:
– Это ты нехорошо сделал!
– А куда его девать?
– Нельзя же на чужой участок!
– Ну, давай его в реку бросим!
Взяли мы пень и потащили к реке. А он тяжёлый! Насилу дотащили – и бултых в воду! Он поплыл по реке, как будто спрут или осьминог какой. Мы посмотрели ему вслед и пошли домой. Больше в этот раз уже не могли работать, устали очень. Да нам совсем небольшой кусочек осталось вскопать.
Утром проснулись мы позже всех. Всё тело у нас болит: руки болят, ноги болят, спина болит.
– Что это? – спрашивает Мишка.
– Перетрудились, – говорю, – слишком много работали.
Встали мы, размялись немного. За завтраком Мишка стал перед ребятами хвастать, что красное знамя достанется нам.
После завтрака все помчались на огород, а мы с Мишкой пошли не спеша. Куда нам спешить! Пришли на огород. Все, как кроты, роются, а мы ходим да посмеиваемся.
– Не видать вам знамени, – говорим, – как своих ушей!
Ребята отвечают:
– Вы бы работали! Только другим мешаете.
Тут Мишка говорит:
– А это вот чей участок? Совсем мало вскопано. И хозяев нет. Наверно, дрыхнут ещё!
Я посмотрел:
– Номер двенадцатый. Да это ведь наш участок!
– Не может быть, – говорит Мишка. – Мы больше вскопали.
– Мне, – говорю, – тоже казалось, что больше.
– Может быть, нарочно кто-нибудь номерки переменил?
– Нет, всё правильно. Вот одиннадцатый, а там тринадцатый.
Смотрим, и пень торчит. Мы растерялись даже.
– Послушай, – говорю я. – Если это наш участок, то откуда же пень взялся? Мы ведь его уже выкорчевали!
– Правда, – говорит Мишка. – Не мог же за ночь новый пень вырасти.
Вдруг слышим, Ваня Ложкин на своём участке кричит:
– Ребята, смотрите, какое чудо! У нас тут вчера пень был, а сегодня нету. Куда он делся?
Все побежали на это чудо смотреть. Подошли и мы с Мишкой.
«Что такое? – думаем. – Вчера у них и до половины не было вскопано, а сегодня совсем небольшой кусочек остался».
– Мишка, – говорю я, – да это ведь мы ночью по ошибке на их участке работали и пень им выкорчевали!
– Да что ты!
– Верно!
– Ах мы ослы! – говорит Мишка. – Да что же нам теперь делать? По правилу, они должны нам свой участок отдать, а себе пусть берут наш. Что мы, даром у них работали?
– Молчи! – говорю. – Хочешь, чтоб над нами весь лагерь смеялся?
– Что же делать?
– Копать, – говорю, – вот что!
Схватили мы лопаты. Да не тут-то было: руки болят, ноги болят, спина не разгибается.
Скоро Ваня Ложкин и Сенька Бобров на своём участке работу кончили. Витя поздравил их и отдал им красное знамя.
Они поставили его посреди участка. Все собрались вокруг и в ладоши захлопали.
Мишка говорит:
– Это неправильно!
– Почему неправильно? – спрашивает Витя.
– Потому и неправильно, что за них кто-то пень выкорчевал. Они сами сказали.
– А мы виноваты? – говорит Ваня. – Может быть, его кто-нибудь себе на дрова выкорчевал. Разве мы запрещать будем?
– А может быть, его кто-нибудь по ошибке вместо своего выкорчевал, – ответил Мишка.
– Тогда бы он здесь был, а его нигде нет, – сказал Ваня.
– А может быть, они его в реку бросили, – говорит Мишка.
– Ну что ты пристал: «может быть» да «может быть»!
– Может быть, вам и участок кто-нибудь ночью вскопал, – не унимался Мишка.
Я его толкаю, чтоб он не проговорился.
Ваня говорит:
– Всё может быть. Мы землю не меряли.
Пошли мы на свой участок и стали копать. А Ваня и Сенька стали рядом и хихикают.
