Потом снова наступление. 26 июля батальон Никитина, отбив атаку, загнал остатки танкового полка фашистов в русло реки Олешня. 27 исправных танков захватили тогда никитинцы.
10 сентября командир бригады полковник Сергеев вызвал Никитина:
— Вашему батальону поручено захватить плацдарм на правом берегу Днепра.
И, чуть помедлив, добавил:
— Трудно будет, Василий Варфоломеевич, но, думаю, твой батальон не подведет.
Обгоняя разрозненные группы отступающих фашистов, батальон Никитина спешил к Днепру. Немилосердно жгло не по-осеннему жаркое солнце, легкие бойцов забивала дорожная пыль. Временами появлялись фашистские самолеты, пытаясь бомбежками остановить движение колонны.
Утром 24 сентября вдали заголубела полоса Днепра.
Никитин в бинокль рассмотрел место переправы: густой кустарник сбегает к самой воде, левый берег — низкий, болотистый, просматривается и простреливается с возвышенного правобережья. Посредине реки поросший зеленью островок.
— Переправляться будем здесь, — решает Никитин.
С помощью местных жителей нашли и отремонтировали 12 лодок.
С наступлением сумерек лодки с десантом поплыли по Днепру.
Противник заметил бойцов, и мрачная громада высоты 201,8, каланчой возвышавшаяся над правым берегом, заполыхала минометными вспышками. Засевшие на островке фашисты открыли ружейно-пулеметный огонь. Десантники гибли, но пробивались к острову, зацепились за него, овладели.
Позволить батальону захватить плацдарм значило для фашистов потерять выгоднейшие позиции, поэтому всю мощь огня артиллерии и минометов они сосредоточили на безымянном островке.
Тяжелые снаряды с корнем выкорчевали деревья, задевая ветви, мины рвались над головами, осыпая бойцов тысячами осколков.
Задерживаться на островке было неразумно; следовало двигаться вперед.
На рассвете, подсчитав количество выпущенных боеприпасов и соразмерив с этим площадь островка, гитлеровцы прекратили стрельбу.
На островке, по их подсчетам, живых людей быть уже не могло. И действительно, на островке находились только убитые. 230 оставшихся в живых солдат и офицеров никитинского батальона, прикрываясь туманом, высадились на правый берег. Весь день батальон отбивал непрерывные атаки врага, удерживая маленький клочок земли. Никитин понимал, что, пока не взята высота 201,8, начинать переправу основных сил бригады и считать плацдарм завоеванным прочно — нельзя.
После изнурительного марша и тяжелых потерь надо было атаковать. С наступлением темноты в батальоне прошли партийные и комсомольские собрания. Потом Никитин вытащил из кобуры пистолет и спокойным голосом, как будто приглашая на прогулку, сказал:
— Пошли, ребята!
Ночной атакой батальон захватил высоту и освободил деревни Трактомирово и Букрин. Так возник знаменитый «Букринский плацдарм».
Об этом рассказывает нам обнаруженный в архивных документах приказ:
«Сегодня в 17.20 личный состав мотострелкового пулеметного батальона в необычайно трудных условиях, на подручных средствах, сделанных самими офицерами и бойцами, проявляя героизм и отвагу, успешно форсировал одну из самых широких рек Советского Союза…
…Командиру батальона гвардии капитану Никитину особо отличившихся офицеров, сержантов и рядовых представить к высшей правительственной награде — ордену Ленина и присвоению звания Героя Советского Союза».
Никитин представил комбригу список особо отличившихся. Вверху списка командир бригады Сергеев размашисто приписал фамилию капитана Никитина.
Где-то позади поднялся громадный фонтан. Разрывом подбросило плот с закрепленной на нем пушкой, обдало холодной днепровской водой солдат. Еще минута, и плот уткнулся в песчаную отмель острова, протянувшегося на несколько километров вдоль правого берега, еще занятого фашистами.
— Хлопцы, на колеса! — воскликнул сержант Федор Никитин, соскакивая в воду.
Справа и слева бежали автоматчики, стреляя на ходу. Серия разрывов поднялась в воде и на берегу. Перед сержантом Никитиным появился командир стрелкового взвода и сиплым, простуженным голосом сказал, что взводу расширили участок наступления, что орудию следует двигаться не вдоль берега, как было приказано ранее, а несколько правее.
Никитин кивнул головой…
Нелегко тащить на себе почти тонную пушку по зыбучему песку. Но пехоте в любой момент может понадобиться мощная поддержка артиллеристов, и расчет сержанта Никитина упорно двигался вперед.
