Вменяемых он заметил всего двоих. Семилетнего Бенни сдал дядя после смерти его отца. Наверное, ради наследства. Мальчик постоянно плакал, а через месяц умер от болезни. Тринадцатилетний Алмей попал сюда за мужеложство. Он прожил дольше, аж четыре месяца. Три раза пытался сбежать. В итоге повесился. Ему Карл позавидовать не успел, к тому времени он умирать передумал.
На окружающих дурачков Карлу тогда было плевать. Как и на Зетенея. Ненавидеть он научился позже, а сочувствовать не научился до сих пор. Тогда он просто хотел покинуть это место. Сначала, чтобы умереть, потом, чтобы вернутся домой и доказать, что не идиот. Как бы там ни было, из обители Милосердия его выставили. Но вернулся он с напрочь отшибленным здоровьем. Отдельные последствия потом еще долго напоминали о себе, вынуждая не раз обращаться к целителю. Здоровье давно уже проблем не доставляло, но воспоминаний это не касалось…
— Что ты можешь сказать в свое оправдание, извращенец? — ухватив его за горло, процедил Темный Мессия.
Зетеней принялся шептать молитву. Карл, услышав знакомые слова, только сильнее сжал его горло. В какой-то момент захотелось запытать жреца до смерти, а потом вырезать всю эту сраную обитель и сжечь. Вместе с Халларом. Но не время для резни. Это привлечет внимание. Не хватало из-за одной гниды похерить весь план. Тем более, тот все равно сдохнет. Через пару дней…
Карл взял себя в руки и решил заканчивать с этим человеком. Пока не снесло крышу от ненависти к Зетенею, Халлару и к самому себе. Он и влил в глотку перепуганного Жреца все то же зелье, вызывающее безумие. Символично. Теперь тот ничего рассказать не сможет, кроме всякой ерунды. Это в лучшем случае, в худшем он может натворить чего угодно. Каждый сходит с ума по-своему. Но подобные тонкости Карла не волновали. Он узнал, что ему требуется, и под покровом ночи осторожно выбрался из школы. Самое время идти развлекаться в бордель…
Гнездо порока находилось там, где его быть по идее не должно. Во-первых, в соседнем квартале от самой Обители Стражей Света. Во-вторых, неподалеку находился вход в темницы. Бордель прикрывался книжной лавкой с так называемыми священными книгами. Лавочник, когда ему называли пароль, открывал дверь, и провожал гостя в подвал, где и разместилось все это великолепие.
Встретил его толстяк с подчеркнуто благочестивой внешностью. Прямо святоша, ни дать не взять. Назвался распорядителем и очень удивился, когда узнал, что Карл пришел в такое время, да еще и от Зетенея. Тот, оказывается, раньше никому это место не рекомендовал. Когда распорядитель спросил о предпочтениях, Карл выложил увесистый мешочек с золотом, рассыпал монеты на стол и с суровым видом заявил.
— Мне нравятся, как визжат порочные сучки, — прорычал он и тут же добавил, — Покажи мне самых грешных и строптивых ведьм.
— Господин, есть у нас и такие. Но предупреждаю, с ними надо осторожнее. И вид у них потрепанный, — ехидно заметил распорядитель.
— Плевать, как она выглядит. А если тварь будет молиться Проклятому, я с ещё большим удовольствием накажу ведьму.
— К сожалению, у нас нет настоящих ведьм, — развел руками толстяк.
«Скоро появятся» — про себя отметил Карл и продолжил играть роль убежденного женоненавистника.
— Все шлюхи ведьмы. Я заплатил столько, что хватит на выкуп. Значит, я могу делать с ней, что захочу. Если надо, дам столько же. Показывай мне самых мерзких, — небрежно бросил Карл.
— Есть такие, есть. Есть даже почти ведьма, убытку с нее больше. Если польститесь, можете хоть убивать, — подобострастно заметил распорядитель и учтиво пригласил Карла последовать с ним.
Он привел его в настоящие катакомбы. Как Темный Мессия предположил, учитывая соседство Штаба Стражей Света, в прошлом Инквизиции, подземелье принадлежало им же. Но теперь надобности в таком количестве темниц не было. Ведьм и демонов стало меньше. Некому в деревнях и городах неугодных людей отлавливать и обвинять в служении Проклятому. Стражи Света теперь только охраняют храмы. Вот и применили пустующее помещение. Все для нужд служителей Света.
— Амира, иди сюда! — рявкнул распорядитель открыв тяжелую дверь в комнату, больше напоминающую темницу.
— Господин, она же ещё не отошла, — послышались испуганные возмущения из комнаты.
— Замолчи и приведи Амиру в порядок, — бросил распорядитель и пригласил Карла посмотреть.
Перед ним открылась довольно мерзкая картина. В комнате сидели пять девиц. Наряженны они были как ни попадя, от одеяния послушницы до едва прикрывающего тело халата. На их теле виднелись синяки. Амира, изрядно потрепанная худощавая брюнетка с типичной южной внешностью выглядела совсем жутко. Часть зубов выбиты, все лицо в шрамах и синяках, на руках кровоподтеки. Возможно, когда-то она была красивой, но теперь даже её возраст определить было невозможно. Карл уже думал выбрать другую, эта девка может и не справиться с задачей чисто физически. Вдруг помрет? Однако её полный ненависти и отчаянной злобы взгляд стал решающим аргументом в его выборе.
— Ведите её ко мне, — отрезал Карл.
