Настали каникулы, и в назначенный день Ира пришла к Косте домой. Его родители уехали за город на пару дней, а своим девушка сказала, что останется с ночевкой у Зины.
Девушка планировала, что все случится ближе к ночи, а до этого времени у них с Костей будет что-то вроде романтического вечера. Но он решил по-своему. Не успела она войти в комнату, как он тут же принялся ее целовать и лезть рукой ей в джинсы. При этом в его поцелуях и прикосновениях не было ни намека на любовь и нежность. Он был словно голодный, одичавший зверь.
Поначалу Ира подумала, что, наверное, все так и должно быть. Она не раз слышала, что сцены из романтических фильмов далеки от реальности, и верить им не стоит. Но, оказавшись на кровати лицом вниз и почувствовав, как Костя буквально сдирает с нее джинсы, осознала, что так быть не должно. Просто не должно и все. И плевать она хотела, как там у других в их реальности. Резко развернувшись к Косте лицом, она закричала:
— Хватит! Ты обращаешься со мной, как с куском мяса! Я не хочу, чтобы мой первый раз прошел вот так!
— Я обращаюсь с тобой, как с любимой девушкой, — возразил Костя. Он тяжело дышал, пытаясь снять свитер, а взгляд его при этом блуждал по Ириному голому верху. — Ты сама выбрала для себя пассивную роль. Я не виноват, что ты лежишь, как бревно, и не участвуешь в процессе.
Эти слова мгновенно отрезвили Иру. И чем она только думала, решив сделать Костю своим первым мужчиной?? Она села на кровати, прикрывшись подушкой. Ей была нужна пара минут, чтобы до конца осмыслить ситуацию, но при этом она понимала, что ей немедленно стоит покинуть эту квартиру. И чем скорее, тем лучше.
Костя тем временем снял свитер и майку, оставшись в одних трусах. Он недовольно посмотрел на девушку:
— Вот видишь, ты даже в такой ответственный момент просто сидишь на кровати и не двигаешься! — Он покачал головой. — А могла бы уже раздеться, пока я возился с этим чертовым свитером. Ира, давай! У нас не так много времени. Родители могут вернуться уже завтра к полудню. Ну же! А-а… кажется, я понял. Могла бы и намекнуть, что хочешь, чтобы я сам тебя раздел…
— Нет! — Ира плотнее прижала подушку к груди. — Я уже ничего не хочу. Извини, но сегодня ничего не будет. Я думаю, мне вообще лучше уйти.
— Это что, шутка такая? — Костя сверкнул глазами. — Что за детский сад ты здесь устроила?
— Называй это как хочешь. Но то, что ты делал — просто ужасно. Свой первый раз я представляла себе совсем не так. Ты мне всю лицо обслюнявил и покусал губы. По-твоему, это нормально?
— Ты когда-нибудь слышала такое слово, как «страсть»? Мне не двенадцать лет, чтобы ограничиваться парой стыдливых поцелуев и все это время краснеть при виде твоей груди. Я не понимаю, чего ты хочешь. Все шло как надо, пока ты не начала сходить с ума из-за ерунды.
— А ты когда-нибудь слышал такое слово, как «прелюдия»? А, Костя? — Ира чувствовала, как в ней чуть ли не впервые в жизни закипает гнев. — Тебе не приходило в голову, что у девушек немного другая физиология, чем у парней?
Костя приблизил свое лицо вплотную к ней и какое-то время просто смотрел озверевшими глазами. Затем он заговорил:
— Ты будешь учить меня, что делать? Да, Ира? У меня было довольно много женщин, и еще ни одна из них не жаловалась. Более того: никто никогда не лежал передо мной бревном. Может быть, все дело в тебе, как считаешь? Ты что-то там говорила о прелюдии… Да, я знаю, что это. Но готова ли ты к такому? — Он неожиданно схватил Ирину руку и положил себе между ног. Заметив, что глаза девушки стали полны ужаса и отвращения, он ухмыльнулся и отпустил ее. — Что такое, Ирочка? Почему ты плачешь вместо того, чтобы сделать мне приятно? Прелюдия уже не так тебя прельщает, верно? И прекрати плакать, как маленькая. Ты ведь умнее, или я в тебе ошибся? Я знаю, что иногда бываю строг, но как еще, скажи на милость, мне научить тебя уму-разуму? Моя цель — чтобы ты забыла обо всем, что видела в тупых американских фильмах, и начинала уже привыкать к реальной жизни.
— Грубость, хамство и твой эгоизм по отношению ко мне — это реальная жизнь?? — вскричала Ира. — Если так, то мне не нужна такая реальность и я не собираюсь к ней привыкать. Ты можешь пригласить к себе то множество женщин, которых всегда все устраивало, и развлекаться с ними, а с меня хватит.
Костя вырвал подушку у нее из рук и повалил на кровать. Когда она стала кричать, он закрыл ей рот рукой и прошипел:
— Ира, я пытался вразумить тебя, но ты сама видишь — ничего путного из этого не вышло. Заметь, не я тащил тебя сюда, в свою квартиру и постель, это была твоя инициатива. Значит, мне самому придется завершить то, ради чего ты сюда пришла. Потом сама же скажешь мне спасибо. — Свободной рукой он начал стаскивать с нее джинсы. — Сначала придется немного потерпеть, но потом тебе понравится. Обещаю, Ирочка.
Его дыхание сбилось, речь стала бессвязной, превращаясь в хрип. Ира перестала сопротивляться, поняв, что это бесполезно. Костя был намного сильнее. Она просто закрывала глаза в надежде, что скоро этот кошмар закончится.
