— Ты говоришь про
— Есть, — подтвердила принцесса.
— Я так и думала, — вздохнула Мегин. — У неё есть ребёнок.
— Что?! Няня… Вереан говорила, что я её единственный ребёнок, а будут ли другие, ей уже не так важно.
— Гани, запомни вот что, это важно. Там, у неё в голове, два человека. Одна — та няня, которую ты знаешь с детства. Пилот-истребитель, охотница за пиратами. Другую ты если и видела, то только тогда, когда твоей жизни грозила опасность. Это совсем другой человек — жестокий, готовый на всё, но фанатично преданный тебе. Я видела её своими глазами там, в Стемране. Когда она бросилась на выручку Мероне и её дочери, хотя очень рисковала и была ранена.
— Зачем? — спросила Аганте и Мегин поняла, о чём она.
— Кому-то это было нужно. Я не знаю. Лес принял Вереан, и что-то случилось с ней, все заметили, как изменилась Вереан после церемонии. Но твоей няне нужно обследование и лечение. У неё есть свой психолог, она обязана посещать его как минимум два раза в год, но судя по тому, что у неё в голове… или психолог не очень опытный, или так сделано специально. Вереан в любой момент может стать смертельно опасной для всех. Возможно, для всех, кроме тебя.
— Вы… ты не убьёшь её? — спросила Аганте едва слышно. — Я знаю, кто ты. Или догадываюсь. Нет, мне никто ничего не говорил, но я видела там, в Доме Правительства. Вы втроём стояли там и как будто молчали, но я же поняла, что вы говорите!
Мегин улыбнулась.
— Мы убиваем, только защищая или защищаясь. Даже если кого-то приговариваем к смерти, всегда даём выбор — жить под надзором или умереть. Я постараюсь быть рядом с ней, узнать о ней побольше.
Аганте встала, поднялась и Мегин.
— Она очень добрая. — Аганте смотрела в глаза Мегин. — Та, которую я знаю. И мне всё равно, что сделала эта вторая. — Она обняла Мегин. — Спасибо, Мэг. Помоги ей, если сможешь.
— Вам тоже кажется, что вы что-то потеряли? — Вереан стояла рядом с Мероной. Они смотрели, как дочь Мероны Тевейра под руку с Майером подошли к выросшему недавно камшеру и прикоснулись ладонями к его коре. Взгляд Леса почувствовали все — дружелюбный, если можно так сказать.
— Что-то потеряла, что-то приобрела. — Мерона думала, что сможет сдержать чувства, но не очень-то получилось. — Так будет лучше, Вейри. Прости, что политика заставляет делать всё так театрально, но нам всем это очень нужно, — мысленно обратилась она к дочери.
— Странно. Не думала, что смогу сказать это вам.
Принцесса Аганте… уже не принцесса, раз на ней красовалась серебряная диадема, стояла там, в зале, и разговаривала о чём-то с послом Тессерона. Таэрвен притягивал взгляды, и одеждой, и манерами, он выглядел очень эффектно.
Вереан едва заметно улыбнулась.
— Простите, что говорю о подобном в такой момент. Скажите мне честно, были ли неприятности с законом у временной главы дома Аверан?
«Она и так знает, — подумала Мерона. — Она уже успела что-то выяснить, не зря то и дело уединялась — выслушать отчёты, надо полагать. Но в обеспечении безопасности она толк знает. Вот теперь точно и муха не проскочит».
— Всё ещё проверяете мою честность?
Вереан улыбнулась во весь рот.
— Простите, привычка. Может быть, вы знаете что-то, чего не знаю я. Кроме того, что её подозревали в употреблении наркотиков и мелких кражах, есть что-нибудь ещё?
— Нет, с тех пор — нет. Вы, вероятно, знаете, как у нас строго.
— Всю следующую неделю, — пояснила Вереан, — в Старом Мире вас будут пытаться выставлять в неприглядном свете. Есть многие, кто не отступится. Я должна знать обо всех ваших неприглядных поступках, чтобы принять меры. Простите за откровенность.
— Честность за честность. Вы о наших, я о ваших.
Вереан засмеялась и взяла Мерону за руку.
— Всё, кроме самого личного. Но это долгий рассказ, а сейчас праздник.
— Вереан. — Мерона не отпускала её руку, глядя ей в глаза. — «Петля огня» и «Золотое пламя» у нас строго запрещены.
— Я думаю, вы не будете против, если иногда я буду ненадолго покидать Стемран, — кивнула Вереан, не изменившись в лице.
— Сейчас нас никто не слышит. — Мерона не отводила взгляда. — Вы можете сказать мне, почему? Я не стану допытываться, скажите сами, что хотите.
«Нет, — тут же крикнула Пантера, — не смей! Не говори ей! Вся наша миссия будет под угрозой, неужели ты не понимаешь, о каком открытии речь?! Скажешь ей — и она просто отшвырнёт тебя, сдаст на лечение и до конца дней сидеть тебе в больнице! Я тебя никогда не подводила, ты знаешь! И никогда не предам принцессу! Сначала миссия, а потом…», — что будет потом Пантера не договорила.
