«Усилие. Образ. Сбор энергии. Направление. Пуск!»
Раздался сухой треск, и ель рывками скрутилась в узел.
– Круто! – воскликнул Огонёк и аккуратно похлопал юношу по спине. – У тебя получилось!
Первый сипло усмехнулся. Выглядит замученным, но чувствует себя победителем.
Он взглянул на Воина.
– Как ты понял, что у меня получится сейчас?
– Никак. Я не знал, сможешь ты или нет. Тебя могло снова вырвать, – пожал плечами боец.
– Но… зачем?
– Ты столкнулся с трудностью, она тебя подкосила. Может и стоило тебя остановить, но мне показалось, что ты стал увереннее и смелее. Я решил дать тебе шанс проявить мужество, – Воин скрестил руки на груди. – Не ожидал, что сразу отважишься. Молодец.
С поддержкой Огонька Первый поднялся на ноги. Произошедшее пока плохо укладывается в голове.
Единственное, что он сейчас осознаёт – отказ от прочищения желудка был продиктован малодушием. Но учитывая особенности процесса, как-то не выходит приравнять свой поступок к акту героизма.
«Соверши подвиг – сунь два пальца в рот!..»
– Что теперь? – юноша решительно посмотрел на сурового учителя.
– Теперь отдыхай. А потом развивай то, что освоил. Ты обрёл свою способность и узнал, что такое преодоление. Используй это, когда столкнёшься с трудностями.
Воин улыбнулся, и Первый в очередной раз удивился тому, какой доброй может быть улыбка на этом суровом лице со шрамом.
Городская дорога в трещинах, по обе стороны от неё потрёпанные землетрясениями высотки, тут и там обломки зданий, рухнувшие столбы и прочие элементы общего беспорядка.
Всё тот же серый пасмурный день и туман. Бледный занавес ограничивает обзор, скрывая от пытливого взгляда таящиеся поблизости опасности. Впрочем, не очень-то и хочется наблюдать всю эту жуть. Пока оно вне поля зрения, на душе как-то спокойнее.
По разбитой дороге идут трое. Бык и Умник ступают по левую и правую руку от своей новой спутницы и временами бросают на неё озадаченные взгляды.
Выдержав несколько минут неловкой тишины, Фея обратила на своих рыцарей непонимающий взгляд и спросила:
– Вас что-то беспокоит?
– Есть немного, – сознался Бык, опустив взгляд на её босые ноги.
– Когда ты говорила «приготовиться к путешествию», я думал, что речь идёт о смене одежды на более подходящую, – произнёс Умник.
Вышло так, что эта шутница вообще не позаботилась о гардеробе, оставшись в своём лёгком белом платьице. Есть ли что-то под ним – уже загадка. Но даже если и есть, то вряд ли это поможет ей быстро передвигаться, если возникнет необходимость. Не говоря уже о защите от острых камней и обломков под ногами.
Единственное, что изменилось – в правой руке она сжимает нечто прикреплённое к свисающей тёмной тесьме. Видимо, некий кулон – тот самый волшебный артефакт.
– Вас смущает моя одежда?
– Как по мне, тебе и без одежды нормально, – невозмутимо отметил Бык. – Но так ведь и занозу подхватить недолго или чего похуже.
Фея замерла на месте. На её милом личике отразилось смятение.
– Так чего же вы раньше не сказали, пока мы ещё были в замке?
Умник и Бык остолбенели. Они растерянно переглянулись и снова уставились на девушку.
– Ну, это же, вроде как, очевидно? – украдкой спросил мужчина. – Мне казалось, что ты уже об этом задумалась и… например, на выходе из крепости собиралась использовать какую-нибудь магию, которая сама тебя переоденет. Но крепость уже давно позади, а ты по-прежнему в одном платье.
Повисла недолгая тишина. Затем Фея внезапно просияла улыбкой.
– О, так ведь это отличная идея! – радостно заявила она.
Сзади послышалось какое-то бормотание. Троица оглянулась и увидела, как из тумана выпрыгивают два белых лохматых шара, оба размером примерно с арбуз. Подобравшись ближе, они засветились, подобно тем сферам, из которых ранее собрался банкетный стол в замке. Два сияющих комка коснулись Феи и скрыли её тело от взора остолбеневших Умника и Быка.
Когда сияние погасло, принцесса предстала перед ними в сером трикотажном костюме, состоящем из олимпийки и брюк, а на ногах у неё оказались беговые кроссовки.
– Не зря у вас прозвище «Умник», сэр Умник, – похвалила девушка и бодро зашагала дальше.
Два обалдевших человека позади неё задвигались лишь через несколько секунд, постепенно отходя от ступора.
– Погоди. Что это были за штуки? – догоняя, спросил Умник.
– Какие? А, эти, – отозвалась Фея. – Я называю их добру́шечки.
– Кто-ктошечки? – не понял мужчина.
– Они добрые, милые и очень полезные, поэтому добрушечки. Или, если трудно выговорить, то добру́шки. Они потянулись ко мне с того момента, как я научилась пользоваться артефактом.
– А тот стол с едой тоже был из них? – смущённо поинтересовался Бык.
– Верно. Как и указатели, которые я создала, чтобы вы отыскали путь к замку. И та синяя материя, что спасла сэра Умника.
Здоровяка словно громом поразило.
– Т-так я ч-чего это… – с ужасом промямлил он. – Жрал их, что ли?
– Технически, это так, – кивнула Фея. – Могу лишь сказать, что когда исчез банкетный стол, осталось столько же добрушечек, сколько было при его сотворении. Разве что пара-тройка из них поубавила в размерах.
