Мужчина недовольно буркнул в ответ что-то неразборчивое, но послушался, а я подошла ближе. Мадемуазель Рейнальд попросила опустить ладони на плечи Пьера и призвать свет, что я и сделала. Его кожа была огненной на ощупь, это чувствовалось даже сквозь тонкую рубашку.
«Потерпи, — говорила Пьеру мысленно. — Пожалуйста, потерпи. Все будет хорошо».
— Так-так, неплохой источник, — ободряюще улыбнулась мне целительница. — Сколько тебе лет, детка?
— Двадцать два будет скоро, — ответила я.
— Отлично. Значит, сила еще вырастет. Замужем?
— Нет.
— Еще лучше. Насколько хорошо владеешь магией исцеления?
— В дипломе отлично, — пожала плечами.
— Нет, Этьен, ты слышал? — мадемуазель Рейнальд обернулась, отбросив все приличия.
— Уровень силы начали оценивать по диплому.
Этьен улыбнулся. Видимо, они с Айшей давно работали вместе, или же часто общались. Хотя, я сомневалась, что Этьен часто общался с кем-то не по работе.
— А теперь усиль свет, Полина. Умница!
И целительница принялась создавать печати, одну за другой. Всего семь.
— Молодчинка, отпускай, — сказала мне. — У тебя хороший потенциал целителя.
Пойдешь ко мне учиться?
— Соглашайся, — посоветовал Дареаль. — Айша — лучшая в своем деле.
— Но я же… — пробормотала растерянно. — Хорошо, я согласна.
— Вот и умница. А теперь оставим магистра Эйлеана в покое. Благодаря печатям до приезда проклятийника пустоте душу не отдаст, и ладненько. Давайте выйдем на воздух.
Этьен, а ты что еще тут? Я думала, уже вгрызся кому-то в глотку со своими допросами.
Мужчина недовольно буркнул в ответ что-то неразборчивое, но послушался, а я подошла ближе. Мадемуазель Рейнальд попросила опустить ладони на плечи Пьера и призвать свет, что я и сделала. Его кожа была огненной на ощупь, это чувствовалось даже сквозь тонкую рубашку.
«Потерпи, — говорила Пьеру мысленно. — Пожалуйста, потерпи. Все будет хорошо».
— Так-так, неплохой источник, — ободряюще улыбнулась мне целительница. — Сколько тебе лет, детка?
— Двадцать два будет скоро, — ответила я.
— Отлично. Значит, сила еще вырастет. Замужем?
— Нет.
— Еще лучше. Насколько хорошо владеешь магией исцеления?
— В дипломе отлично, — пожала плечами.
— Нет, Этьен, ты слышал? — мадемуазель Рейнальд обернулась, отбросив все приличия.
— Уровень силы начали оценивать по диплому.
Этьен улыбнулся. Видимо, они с Айшей давно работали вместе, или же часто общались. Хотя, я сомневалась, что Этьен часто общался с кем-то не по работе.
— А теперь усиль свет, Полина. Умница!
И целительница принялась создавать печати, одну за другой. Всего семь.
— Молодчинка, отпускай, — сказала мне. — У тебя хороший потенциал целителя.
Пойдешь ко мне учиться?
— Соглашайся, — посоветовал Дареаль. — Айша — лучшая в своем деле.
— Но я же… — пробормотала растерянно. — Хорошо, я согласна.
— Вот и умница. А теперь оставим магистра Эйлеана в покое. Благодаря печатям до приезда проклятийника пустоте душу не отдаст, и ладненько. Давайте выйдем на воздух.
Этьен, а ты что еще тут? Я думала, уже вгрызся кому-то в глотку со своими допросами.
Анри.
Мы с Пустотой продолжали играть в кошки-мышки. Теперь мне стало легче водить её за нос — я будто сросся с серым туманом, нырял в него без труда, а появлялся совсем в другом месте либо оставался невидимым для хозяйки этого искусственного мира. Конечно, усталость брала свое, но я запрещал себе останавливаться. Хватит! Надо искать выход, и чем скорее, тем лучше. Если не ради близких, то ради себя самого.
В этот раз я отдыхал, разместившись у любимого серого валуна Пустоты. Сама она искала меня совсем в другом месте, звала, угрожала, разговаривала с воздухом. Это было забавно. Вдруг рядом со мной открылся портал. Я тут же ушел в туман, но затем понял, что это не Пустота, а какой-то парень. Его лицо показалось смутно знакомым. Точно! Это он защищал меня на суде. Пьер. Пьер Лафир. Его-то за что? Надеюсь, не за помощь мне?
Я снял невидимость и шагнул к гостю.
— Эй, — позвал тихо.
Пьер обернулся и уставился на меня, как на призрака.
— Граф Вейран? — прошептал, будто не веря своим глазам.
— Здравствуйте, месье Лафир.
Пьер зачем-то коснулся волос, покосился, будто пытаясь увадеть их цвет. Может, парня там приложили каким-то заклинанием прежде, чем отправили в пустоту? А затем уставился на меня с плохо скрываемым ужасом.
— Значит, я не сплю, — прошептал он.
— К сожалению, нет, — развел руками. — Как вы сюда попали?
— Видимо, почти умер. — Пьер задумчиво оглядывался по сторонам. — А где… она?
— Ищет меня. — Я сразу понял, что он имеет в виду Пустоту. — А вы знакомы?
— Да, приходилось встречаться. Значит, вы все-таки живы.
Я кивнул. Пьер же будто прислушивался к чему-то, и страх в его глазах сменялся недоверием, а затем — изумлением.
— Надо же, оказывается, я могу чувствовать, когда нахожусь здесь, — прошептал он, а я всерьез начал опасаться, что месье защитник сошел с ума. Как я сам еще не тронулся — не знаю.
— И надолго вы к нам? — спросил я.
— Пока или выживу, или умру, — ответил Пьер слишком спокойно как для человека, который находится на грани жизни и смерти.
