На этот раз королева спала крепко, без снов. Проснувшись, Гвенвифар почувствовала, что у нее пересохло во рту, и осознала, что вот уже целые сутки сидит в этих пустых грязных покоях. Ее терзали голод и жажда, ее мутило от здешнего зловония, — а вонью теперь тянуло не только от прелой соломы, но и из угла, который ей пришлось использовать под отхожее место. Сколько они собираются держать ее здесь? Время шло. У Гвенвифар не осталось больше ни сил, ни мужества — она не могла даже молиться.
А не было ли это наказанием за ее прегрешения, к которым сама она была слишком снисходительна? Да, она была Артуру верной женой, но все-таки продолжала желать другого мужчину. Она воспользовалась чародейством Моргейны.
Но даже если Моргейна при помощи своих чар увидит, что королева в плену, захочет ли она помочь ей? У Моргейны нет никаких причин любить ее; Моргейна почти наверняка презирает ее.
Есть ли на свете хоть один человек, которому она дорога? Будет ли хоть кого-то волновать ее судьба?
Лишь после полудня со стороны лестницы донеслись шаги. Гвенвифар вскочила и, закутавшись в плащ, попятилась. Легко сдвинув сундук, вошел Мелеагрант, и при его виде Гвенвифар отступила еще дальше.
— Как ты смеешь так обращаться со мной? — негодующе спросила она. — Где моя служанка, мой паж, мой дворецкий? Что ты сделал с моими спутниками? Неужели ты думаешь, что
Артур позволит тебе править этой страной после того, как ты так оскорбил его королеву?!
— Ты больше не его королева, — невозмутимо заявил Мелеагрант. — Когда я разберусь с тобой, он тебя уже не получит. В давние дни, леди, супруг королевы был королем. Если я завладею тобой и получу от тебя сыновей, никто не посмеет оспаривать мое право на трон.
— Ты не получишь от меня сыновей, — с безрадостным смехом отозвалась Гвенвифар. — Я бесплодна.
— Ха! Ты была замужем за безбородым мальчишкой! — сказал Мелеагрант и добавил еще несколько слов, которых Гвенвифар не поняла, почувствовав лишь, что это было нечто невыразимо грязное.
— Артур убьет тебя, — сказала она.
— Пусть попробует. Напасть на остров куда труднее, чем ты думаешь, — отозвался Мелеагрант, — да к тому времени, возможно, он не захочет и пытаться — ведь ему пришлось бы забирать тебя…
— Я не могу выйти за тебя замуж. Я уже замужем.
— Моим людям нет до этого дела, — сказал Мелеагрант. — Многих раздражала власть священников, и я вышвырнул отсюда всех священников до последнего! Я правлю по старым законам, и я стану королем по этому закону, — а он говорит, что здесь должен править твой муж…
— Нет! — прошептала Гвенвифар и попятилась, но Мелеагрант одним прыжком оказался рядом и притянул королеву к себе.
— Ты не в моем вкусе, — грубо сказал он. — Тощая, уродливая, бледная девка. Мне нравятся женщины, у которых есть за что подержаться. Но ты — дочка старика Леодегранса, если только твоя мать не была похрабрее, чем я о ней думаю. А потому… — и он сжал Гвенвифар своими ручищами. Королева принялась вырываться и, освободив руку, с силой ударила его по лицу.
Она попала локтем по носу Мелеагранту; Мелеагрант взревел, схватил ее за руку и встряхнул; затем он ударил Гвенвифар кулаком в челюсть. Что-то лязгнуло, и Гвенвифар почувствовала во рту вкус крови. Мелеагрант ударил ее еще раз и еще; Гвенвифар вскинула руки, пытаясь заслониться, но удары сыпались градом.
— Сука! — проорал он. — Ты у меня узнаешь, кто твой господин…
Он схватил Гвенвифар за запястье и вывернул ей руку.
— Ох, нет, нет… пожалуйста, не надо… Артур, Артур убьет тебя…
В ответ Мелеагрант лишь грязно выругался, швырнул Гвенвифар на кровать и, опустившись на колени рядом с ней, принялся стягивать с себя одежду. Гвенвифар завизжала и принялась извиваться; Мелеагрант еще раз ударил ее, и Гвенвифар застыла, скорчившись в углу кровати.
— Снимай платье! — приказал Мелеагрант.
— Нет! — крикнула Гвенвифар, пытаясь поплотнее прижать к себе свои одежды. Мелеагрант снова выкрутил ей руку и, удерживая Гвенвифар в таком положении, неспешно разорвал ей платье от ворота до талии.
— Ну так как, снимешь ты его или порвать его на тряпки?
