— Всему свое время. Однако, раз они считали, что здесь безопасно, нас это тоже устраивает.
— Может быть. Но что их убило? Или почему они ушли?
Перекусив, они обследовали еще две террасы, где тоже нашли искусственные жилища. Судя по всему, когда-то тут было огромное поселение. Но четвертая терраса оказалась почти пустой — лишь в одной стороне теснилось несколько недостроенных помещений.
— Похоже нас такой вариант устроит, — сказал Род, оглядевшись. — Может быть, он не самый идеальный, но мы можем перебраться сюда всей командой, а потом уже разберемся, где тут получше.
— Мы идем назад?
— Утром. Здесь вполне можно устроиться на ночь, а завтра отправимся к старому поселению… Интересно, а что вон там? — Род остановил взгляд на каменном уступе чуть выше по стене.
Рой прищурился:
— Сейчас узнаю.
— Не стоит. Тут стена почти отвесная. Когда переберемся, сделаем для таких мест лестницы.
— Не волнуйся — я рожден для горных круч. Смотри.
До уступа вполне можно было дотянуться рукой. Рой уцепился пальцами за край, подтянулся — и тут край осыпался. Падал Рой всего-то полметра.
— Ты как, в порядке? — подскочил к нему Род.
— Вроде да. — Рой попытался встать и, вскрикнув, снова упал на спину.
— Что случилось?
— Нога. Правая. Кажется… У-у-у!.. Кажется, у меня перелом.
Род осмотрел его ногу и полез вниз нарезать палок, чтобы сделать шину. Затем, подложив листьев, примотал палки к голени веревкой, что Рой носил на поясе. Веревку пришлось использовать очень экономно — она была нужна, чтобы забираться на — террасу. У Роя оказалась сломанной большая берцовая кость, но при закрытом переломе можно было не опасаться заражения.
Пока заживала нога Роя, они не испытывали, в общем-то, никаких трудностей и не подвергались никакой опасности — хуже всего оказалась скука. Род хотел было, пока есть время, обследовать все пещеры, но в первый же раз, когда он задержался дольше, чем, по мнению Роя, требовалось чтобы раздобыть свежего мяса, тот едва не впал в истерику. Видимо, у него разыгралось воображение, и он уже представил себе, что Род мертв и что его, беспомощного и одинокого, тоже ждет смерть от голода и жажды. После этого случая Род оставлял его лишь для того, чтобы поохотиться или принести воды.
Долгие дни ожидания проходили в разговорах о чем только можно: о девушках, о нуждах поселения, о том, что могло вызвать ситуацию, в которой они оказались, о том, что бы они съели, если бы представилась возможность выбирать, снова о девушках… Не обсуждали они лишь вероятность спасения — никто уже не сомневался, что им суждено остаться здесь навсегда. Род с Роем много спали и часто вообще ничего не делали — просто ждали в каком-то животном оцепенении.
Рой хотел отправиться в обратный путь, едва только снимет шины, но спустя несколько секунд понял, что разучился ходить. Он тренировал ногу целыми днями и здорово рассердился, когда Род сказал, что ему все разно еще рано собираться в дорогу. Раздражение, обида и на себя, и на обстоятельства, копившиеся в душе беспомощного человека так долго, стали причиной их единственной ссоры за время путешествия.
Род тоже вспылил и, швырнув Рою веревку, крикнул:
— Ну давай! Посмотрим, как далеко ты уйдешь на такой ноге!
Спустя пять минут он уже затаскивал побледневшего, дрожащего, но присмиревшего Роя назад на террасу. И лишь потратив еще дней десять на то, чтобы его нога разработалась как следует, они двинулись к поселению.
Первым же, на кого они наткнулись на подходе к лагерю, оказался Коротыш Дюмон. У того отвисла челюсть, в глазах на мгновение появился испуг, но затем он бросился вперед, чтобы поприветствовать их, и сразу же понесся в лагерь сообщить всем радостную весть.
— Эй, вы слышите?! Они вернулись!
Едва услышав этот крик, Каролина бросилась им навстречу — она не бежала, а почти летела над землей — и, обогнав всех остальных, кинулась обнимать н целовать обоих путешественников.
— Привет, Кэрол, — сказал Род. — Что ты так разревелась?
— Родди, негодник… Бить тебя некому…
Встречали их бурно, но Род успел заметить многочисленные перемены: в поселении появилось больше дюжины новых домов, в том числе и два похожих на сараи строения из бамбука и глины. Одна хижина была сложена из высушенных на солнце кирпичей, а в стенах даже сделали окна. На месте костра для приготовления нищи теперь выкопали яму, где туши запекали целиком, и установили небольшую жаровню. Рядом лилась из бамбуковой трубки вода, падала в сито из выделанной кожи, затем в каменную чашу и дальше отводилась обратно к реке.
Однако все эти нововведения он замечал лишь мельком, поскольку их триумфальное шествие по лагерю то и дело прерывалось объятиями, поцелуями, мощными хлопками по спине и вопросами, вопросами, вопросами…
— Нет, все нормально, только Рой разозлился на меня и сломал себе ногу… Да, конечно, мы нашли, что искали… Увидите — закачаетесь… Нет… Да… Джекки!.. Привет, Боб! Как я рад тебя видеть! А где Кармен?.. Привет, Грант!..
