Тупик либерализма полностью

Из теории прибавочной стоимости вытекает, что при капитализме не существует сколько-нибудь продолжительного периода равновесия между спросом и предложением. Равновесие Л. Вальраса представляет собой не более чем частный случай кратковременного баланса между ними. Вследствие этого капитализм как форма хозяйства крайне неустойчив, что неизбежно приводит его к кризису. С другой стороны, именно отсутствие равновесия является условием, определяющим динамизм капитализма, которому для сохранения равновесия необходимо постоянное расширение или создание новых рынков сбыта.

Д. Рикардо в своих политэкономических воззрениях был полным антиподом К. Маркса. В отличие от Маркса, он считал главным двигателем развития накопления — главный источник богатства нации[154]. Свой взгляд на причины экономических кризисов Рикардо изложил в «Началах политической экономии» (1817 г.). В «Началах» он сформулировал закон «убывающей отдачи капитала»: «прибыль имеет естественную тенденцию падать…»^{1221}. В соответствии с данным законом, последовательные вложения капитала, при прочих равных условиях, дают все меньшую норму прибыли[155]. А «капитал, — дополнял спустя полвека Т. Даннинг, — боится отсутствия прибыли или слишком маленькой прибыли, как природа боится пустоты»^{1222}.

На протяжении золотого века капитализма методом сохранения высокой нормы прибыли являлся технический прогресс и империализм. Однако к началу XX в. свободных внешних рынков уже не осталось. Зажатый в тисках ограниченных рынков капитализм стал поедать сам себя, что выразилось, по Марксу, в «экспроприации многих капиталистов немногими…». Концентрация и монополизации капитала стали отчетливо наблюдаться в США уже с конца XIX в. К 1929 г. всего 200 корпораций будут контролировать более половины всей американской промышленности (5% общего числа корпораций сосредоточат 49% всего капитала американских корпораций).

Г. Форд, на примере железнодорожных компаний, демонстрировал приемы, к которым прибегали монополии ради повышения нормы прибыли: железнодорожные компании, связанные картельным сговором, «как можно дольше затягивали перевозки, пуская грузы окружным путем, что бы максимально повысить цену перевозки»^{1223}. Но подобные меры давали только временный эффект, железнодорожные компании разорялись и спускались за долги. Процесс концентрации и монополизации также подходил к своему насыщению. Экспроприировать больше было некого и нечего.