– Нет, я делаю заявления. – Он указал на ангар вокруг нас. – О новом самолете, например, если ты потрудишься взглянуть. Тем не менее я знал, что если упомянуть об этом в газетах, то ты придешь сегодня. Мне правда нужно с тобой поговорить. Срочно, Джейк. Срочно.

Я развернулся, собираясь уйти, но он схватил меня за локоть.

– Ты шел своим путем, избегая нас в течение многих лет, – сказал он. – И я купил Сигнатуре, чтобы попытаться положить этому конец. Я даже согласился на твою слишком завышенную зарплату. И более чем согласился, вообще-то. Я удвоил ее, чтобы ты мог понять, что я серьезен в своем желании начать все с начала. Разве не стоит попытаться? Ты хоть понимаешь, сколько это денег?

– Что такое миллион для мультимиллиардера?

– Значит, ты хочешь больше?

– Я не хочу от тебя ни хрена. И вскоре уволюсь.

– Это не правда. – Он взглянул мне в глаза. – Полеты значат для тебя слишком много, и ты подписал контракт. Даже если тебе удастся его разорвать, я просто куплю или инвестирую деньги в следующую компанию, что ты выберешь, потому что люблю тебя, Джейк. Я скучаю по тебе с тех пор, как ты покинул нас много лет назад.

– Видишь? – Райли улыбнулась мне. – Все, включая меня, все еще любят тебя, Джейк.

– Иди на хуй, Райли.

Она ахнула, делая вид, что на самом деле потрясена.

– Джейк. – Мой отец вздохнул. – Когда я сказал маленькую ложь о поминальной церемонии ради того, чтобы заманить тебя сюда, то не хотел, чтобы ты все превратно понял.

– А когда я сказал «позаботься о моей жене, пока я лечу по новым направлениям», то не имел в виду, что ты должен ее трахнуть.

Щеки Райли покраснели, и она фальшиво улыбнулась очередному фотографу.

– Джейк, послушай. – Мой отец пытался направить разговор в нужное русло, но я отказывался позволить этому случиться на сей раз.

– Ты еще даже не попытался за это извиниться.

– В очередной раз... – Он остановился, маша рукой кому-то в другом конце комнаты. – Это было всего лишь раз, и мы оба очень сожалеем. Из этого ничего не вышло, сейчас мы оба с другими людьми, и то событие было чистой случайностью.

– То есть, ее киска просто нечаянно свалилась на твой член?

– Нет, но если ты позволишь мне объяснить...

– Этому нет оправданий. – Я ненавидел то, что видел свои собственные голубые глаза в его, что если бы кто-то стал к нам достаточно близко, то тоже смог бы заметить данное сходство. – Но если ты правда заинтересован в объяснениях этого кому-то, кто желает выслушать, я бы на твоем месте написал в словарь Вебстера и сделал заявления насчет открытия нового термина, пока не стало слишком поздно. Уже существует термин «еб твою мать», но думаю, мир нуждается в том, чтобы узнать значение словосочетания «еб твоего отца».

Они оба сердито взглянули на меня.

– Больше нечего сказать? – спросил я.

– Ты знаешь не всю историю, Джейк, – прошипела Райли сквозь стиснутые зубы.

– Я знаю нужную мне главу. Сцену, в которой прихожу домой раньше времени и застаю тебя, сосущей его член в моей ванной. Если только ты не делала минет в виде дружеской услуги всем знакомым, я не уверен, что могу понять, каким образом все эти годы ошибался на сей счет.

– Тебя никогда не было дома, Джейк. – Райли почти вышла из себя. – Никогда не было рядом.

– Я был дома в тот день. – Я отступил назад.

– Джейк, пожалуйста, не уходи. – Мой отец казался искренним, но я не мог отделаться от ощущения, что он снова играет, проделывая свои волшебные фокусы. – Думаю, твоя мать...

– Не смей ее втягивать. Никогда. – Я почувствовал боль в груди. – И идите к черту. Вы оба. – Я отступил еще на шаг. – Но я говорил всерьез насчет термина для словаря Вебстера. Тебе следует поторопиться, прежде чем кто-то еще не займет это почетное место.

Я быстро направился к выходу, готовый пить всю ночь напролет. Что-то внутри говорило мне продолжать идти и не оглядываться, но я не сдержался. Я бросил взгляд на гладкий белый корпус, светло-синюю с кремовым эмблему на хвосте. И как раз когда собирался развернуться и продолжить идти в сторону выхода, мой взгляд уловил кое-что. Кое-что тревожное и совершенно бессердечное.

На правой стороне хвоста, достаточно высоко, чтобы все смогли увидеть, был изображен образ лица моей матери в светло-коричневом тоне. Годы ее жизни и несколько слов были написаны чуть ниже:

Я всегда буду помнить тебя, Ирен.

Люблю, Нейт.

Покойся с миром,

Сара Ирен Пирсон

1949-1999

– Такая жалость, не правда ли? – Пожилая женщина рядом со мной сказала тихим голосом. – Потерять жену в самом первом построенном им самолете... Уверена, это все еще опустошает его.

– Уверен, что это не так. – Я развернулся и осмотрел помещение в поисках отца, отыскав его взглядом по среди комнаты, когда он смеялся над чем-то. Я смотрел на него, пока ярость струилась по моим венам, ожидая, что наши взгляды встретятся.

Перейти на страницу:

Все книги серии Турбулентность

Похожие книги