Как-то само собой получилось, что общаясь со Светланой Викторовной, мы с Ликой тоже начали называть Рысь нормальным человеческим именем. И не сразу, но почувствовали разницу — получая имя, человек незримо приобретает что-то присущее только ему одному.
Мы не торопясь прогуливались с ним по Васильевскому острову, постепенно продвигаясь к нужному нам дому и в данный момент шли по грязной набережной реки Смоленки. Я хотел было выдвинуться на это дело на своём байке, но мой напарник наотрез отказался ехать, нагло заявив, что Многоликий ему и так не слишком много времени отсыпал. После чего пояснил, что пешие прогулки полезны не тем, что двигаешься, а тем, что при этом ещё и думаешь, приводя свои мысли и нервы в порядок. "Напряжённый ты перед делом, Кира. Учись расслабляться", — закончил он свою речь сегодня утром, когда мы с ним сюда собирались.
— Ну, как тебе сказать… Не жил, а скорее обитал. Пока в один прекрасный день мне не предложили переехать в "Ад", — Рысь шёл рядом со мной и проводил "обзорную экскурсию", — Без необходимости сюда не рискует заглядывать даже полиция. Весь этот квартал, по сути, вотчина Берендея.
Хех, вот теперь всё встало на свои места. Удивление, по поводу того, что Берендею доложили о появлении моего деда в такой короткий срок и со всеми подробностями, моментально сменилось полным пониманием.
— Так значит в этом месте ты и познакомился с Мстиславом Игоревичем?
Рысь резко остановился, посмотрел на меня с видом глубочайшего недоумения и через пару мгновений громко расхохотался. Отсмеявшись, он глухо просипел:
— Уморил, кхх, кхх… Кира, ты меня порой убиваешь своей непосредственностью. Ты когда уже научишься складывать в голове очевидные вещи? Разумеется, что Берендей сюда сам никогда по доброй воле не приедет.
Даже и не подумав обижаться на его манеры, я поинтересовался:
— Это ещё почему? Побрезгует?
— Да потому что все местные знают, что ходят под ним, но его самого никто из них никогда и в глаза не видел.
Какой же я идиот! Лучше бы и не спрашивал, может и за умного сошёл бы.
И тут на меня что-то накатило. Представив на секунду, как кошмаря и нагоняя жути местные гопари грабят Берендея, я начал тихонечко хихикать, разгоняя накопившийся перед схваткой мандраж по всему телу.
— Ты чего? — заинтересованно спросил Рысь.
— Не обращай внимания, — еле выдохнул я, согнувшись пополам от спазмов еле сдерживаемого смеха.
— Не, ну а всё-таки? — Рысь не из тех людей, кто любит неизвестность.
Когда я, пересиливая себя, рассказал ему о своих фантазиях, то мы ещё минут пять стояли согнувшись и, придерживая друг друга за плечи, хохотали, как сумасшедшие. Наконец он больно ткнул в моё плечо пальцем и заговорщически взглянув на меня, выдал:
— А давай ему как-нибудь потом устроим такое приключение? Ты не против?
— Да не вопрос, — вытирая слёзы ответил я, — Надо будет обдумать, как это устроить.
— Я был обязан у тебя спросить, всё же ты ему родственником станешь, но в тебе не сомневался. Кстати, Кира, а кого это берендеевский Жора ночью из особняка в мешке вывозил? Я, конечно, любопытный, но сам проверять не стал — это всё же твои личные дела с будущим тестем.
— Да не, Лёня, забей, это полная хрень, а не дела. Но если вкратце, то я вчера вечером слишком увлёкся и переборщил с занятиями анатомией, в итоге — вместо нужного мне результата образовался никому не нужный труп. В общем, хреновый из меня хирург получился. Поэтому у меня к тебе большая просьба — ты Лике, пожалуйста, только не ляпни о мешке и Жоре, а то она на меня люто обидится.
— Кто-то из её личных знакомых был? — ухмыльнулся Рысь, — Конкурентов потихоньку устраняешь?
— Влад Прозоров мне конкурентом не был, — вздохнул я уже печально, — Вся загвоздка в том, что она его лично хотела убить, но я уговорил её этого не делать, исподтишка надавив на совесть. А сам вот не удержался, по-полной обделался. Вот сейчас и думаю, а как она после этого на меня смотреть будет если обо всём узнает? Как на трепло или как на гада?
— Мда, прекрасно тебя понимаю… Я молчок, Кира, ты меня знаешь. Прозоров, говоришь? Знавал я его, он Лику домогался знатно. Говнюк был еще тот.
***
На самом деле у нас было два варианта. Первым способом частенько пользовался сам Рысь — уход в невидимость и подселение сознания к тому, кто отвечал за охрану. После чего все охранники очень быстро заканчивались, потому что времени на их поиск Рысь уже не тратил — он прекрасно знал все места их дислокации.
